Структурообразующее значение культовых построек в сельской России

Введение.

Данный реферат имеет целью раскрытие градостроительных, архитектурно-образных, социально-экономических, исторических и духовных значений культовых построек в жизни, как отдельного человека, так и целого государства, его образования и развития; возрождение русской национальной духовности и культуры.

Рассматриваемые вопросы в историческом контексте дают более полное представление о влиянии православной архитектуры, как всеобъемлющем принципе и укладе жизни русской деревни и её градостроительном значении.

Обширны территории России. Велики расстояния между крупными поселениями – городами. Города всего лишь узлы, центры пересеченья гигантских коммуникационных, производственных, людских, информационных, торговых, и прочих потоков. Между этими узлами и потоками тысячи лет складывались, жили своей жизнью и дрейфовали материки и острова огромных пространств, заселенных малыми и средними общинами сельского населения.

До технологического взрыва XIX-XX веков эти ремесленные и крестьянские общины составляли основную массу населения России и являли собой относительно монолитную духовную общность, одним из главных факторов образования, которых на протяжении тысячи лет стало появление и существование на территории России христианства в наиболее распространённой его форме Православии.

Православная церковь не только влияла на духовный и нравственный климат общин, но активно участвовала в процессах миграции народов, расселении, освоении новых земель. Зачастую именно культовые здания Православной церкви становились символами не только Веры и Надежды, но и легитимности владения новыми территориями. Для различных племён и этносов церковь, как носитель незыблемых нравственных законов, стала учителем, судьёй, программой созидания, а также социальным регулятором, удерживающим общество в состоянии относительного равновесия.

Поэтому градостроительные стороны данной проблемы рассматриваются либо как сверхзадачи в системе расселения, планировочной организации и развитии инфраструктуры целых областей и краёв, или же, как создание законченных композиционных ансамблей – архитектурных пейзажей в конкретном сельском населённом месте.

Строительство культовых зданий сопровождало деятельность всех социальных слоёв рождающегося и изменяющегося Российского государства. Строил Великий князь или боярин собор, строил отшельник-монах скит или часовню, строил купец или крестьяне церковь – этот процесс всегда сопровождался рождением, ростом внешним или внутренним, стабилизацией селитебных территорий и социальных отношений. На каждом из перечисленных трех уровней церквестроительства этот акт достоин внимания и рассмотрения, но остановимся на самом малоизучаемом уровне – строительстве и значении сельских храмов.

Взаимосвязь всех выше рассматриваемых проблем очевидна, корни которых уходят глубоко в историю: от первых христианских поселений на Руси до раскола с его «антивеличайшим» значением и исходящими последствиями.

Глава 1.

« В начале было Слово,…, и Слово было Бог» – сказано у Иоанна, так и понимание значений культовых построек идёт из понимания определений слова «церковь» – как сообщества людей: «где двое сошлись во имя Моё, там и Я между них»; церковь как архитектурный образ – овеществлённый высший идеал человеческих стремлений в духовной и мирской жизни. Это не значит, что церковное строение должно отражать идеалы научно-конструктивного мышления (наука лишь часть развития цивилизации), но мера и красота есть суть в духовном развитии сообщества и отдельного человека, его стремления к совершенству.

Рассматривая ряд общетипов культовых построек и символов, можно выделить такие как церковь, часовня, колокольня или звонница, обетный столб или крест, погост с оградой – как кладбище1

. Их взаимосвязь и влияние являются целью данной главы.

Описание градостроительного ландшафта начинается с дороги ведущей к нему. Дорога – путь, а на пути всегда встречаются различные места имеющие какое-то особое значение. В старину на Руси эти особые места помечали особыми знаками – памятными или обетными крестами или столбами, везде, где люди считали нужным осенить себя крестным знамением. Большой резной крест с надписью или иконой на высоком бугре у откоса – как ориентир, поменьше – может даже на сельской улице или на опушке леса, как оберёг или остерёг, мало ли значений. Но всегда там, где любо и приятно. Такие кресты в эпоху Петра I ставили вместо часовен, если была надобность; и нередко их покрывали кровлей, положенной на бревенчатую или брусчатую обвязку о четырёх опорах. Иногда их ставили на росстанях, и тогда там ещё клали скамьи под навесом, чтоб люди могли у развилки дорог посидеть-отдохнуть, проститься, дать обет…

Часовня – это уже строение, клетская или шатровая, но она ставилась для свершения разных треб в деревнях часто вместо церквей, иногда – вместе с ними.

На Руси часовни необходимы, просторы велики и не все деревни многолюд-ны. Там где приход небольшой и со-держание постоянно действующей церкви невозможно ставили часовни и совершали в них крещение младенцев, венчание или отпевание.

В раннехристианские времена часовни ставили над входом в подземные кладбища или над катакомбными церквами. Иногда их ставили над ручьём или ключом с целебной водой, иногда на росстанях и больших дорогах для сбора подаяний или молений для путников.

Часовня отличается от церкви отсутствием у первой апсид и обычно меньшими размерами, хотя есть много исключений, с формальной стороны в часовне не ведут постоянные богослужения.

Церковь – сельский приходской храм, с раннехристианских времён имеет каноническую схему взаимного подчинения объёмов – частей: главная – сама церковь, с запада к ней примыкает притвор с трапезной, с востока – алтарь (апсиды), с севра и юга часто пристраивались приделы с малыми алтарями. Это обобщённая схема, на Руси много трансформаций её существует, но порядок один.

К выбору для строительства церквей, как, впрочем, и всего остального, русские мастера подходили основательно. Интуитивно ли или анализируя местность, но церкви ставили для наилучшего восприятия на освещённом месте: на берегу реки, на опушке леса или в поле, но всегда с учётом рельефа, чтобы все эти факторы подчёркивали особенности сооружения, составляли общий архитектурно-пространственный пейзаж. И так было потому, что это дело богоугодное, а человек как созданный по образу и подобию божьему всегда чувствует красоту. А если его душа свободна и чиста и нет в ней злобы, а Бог, то и всё, что он делает тоже божественное.

В старину люди ближе были к Богу – к церкви, они составляли единое: церковь была частью людского бытия. В дореформенные времена на Руси трапезная в церкви играла огромную роль, утерянную - упразднённую позже.

В трапезной собирались общественные трапезы и собрания, ожидали службу пришедшие из далёких деревень, проводились совещания для сбора подписей или податей и многое другое. Церковь была истинно общественным центром деревень: не формально, а по людскому желанию и шли туда не просто отправлять обряды, а самосознание и совесть вели людей туда.

На Руси до колоколов для созыва к богослужению или при других случаях использовали деревянные била или металлические полосы - клепала, подвешенные рядом с церковью на деревьях или специальных подставках – звонницах. Когда появились колокола, для них стали выстраивать сначала столбчатые, а позднее обнесённые срубом, потом и каменные, колокольни, венчаемые обычно шатром с главкой. Колокольни или звонницы, входившие в состав церкви или часовни (в пореформенные времена) всегда имели второстепенное значение, даже если были выше основной главы, но всегда для выявления общей композиционной идеи.

Отдельно стоящие колокольни ставились обычно с западной стороны церкви и образовывали общий архитектурно-законченный ансамбль, дополняемый высокой оградой с главными воротами. Нередко на погосте ставилось две церкви зимняя и летняя, и в общей композиции с колокольней рождали прекрасный целостный, притягательный образ.

В петровские времена, с внедрением принципов регулярности во все аспекты жизни, колокольни стали размещать по продольной оси храма - кораблём, нередко с проходами через них в церковь. Так были утрачены чисто народные приёмы композиции архитектурных ансамблей погостов. Но это было уже следствие.

Люди живут, люди умирают. Смерть на земле – рождение у Бога. Древние кладбища – погосты имели не меньшее значение, чем сами церкви. Почитание предков было всегда в почёте. Стариков уважали не за их возраст, а за жизненный багаж – опыт, за знания и умения, а потому слушали их. Уважали дело делаемое. И к своим могилам относились также, конечно через своих потомков. Тихое умиротворение и спокойствие царствуют там, а не грусть и тоска.

Погосты часто обносились оградой с маленькими, часто шатровыми, воротами.

В архитектурном построении древних церквей большую роль играло внешнее окружение – застройка, её композиционное расположение для наилучшего восприятия движения к центру – церкви, и общему градостроительному единству в соподчинении вертикали церкви и колокольни и ритмическому ряду домов.

И так все элементы вместе образуют общий ансамбль, архитектурно-природный образ размером в волость. А волость это не одна деревня, но один приход.

Глава 2.

Градообразующим катализатором малых населённых мест служит церковь, как средство организации общин и выработки морально-этических норм, а также средство управления общинами: помощь государству в управлении законами, создание нравственного климата в целом.

Природный ландшафт дополняется ландшафтом сельских поселений, что создаёт некоторую органику – многоступенчатость в градообразовании регионов.

Опустение и вымирание деревень создаёт резкий контраст: пустые земли, условно говоря, врезаются в каменные глыбы городов - обрывается связь. Вымершие деревни ещё не рассыпались в прах, они стоят: чёрные остовы домов напоминают, что эта связь была – была полная освоенность и заселённость, символами которой были храмы. Гибель «доменов» - деревень – катастрофа государства.

«Домен» - общинное устройство, ведение хозяйства, социально-этические отношения, взаимодействие человека с природой.

Объединяющим звеном является на сегодня поиск морально-нравственной идеи, и только церковь может дать её. Церковь поддерживала в обществе нравственно-этические законы, формировала людское самосознание. Поэтому возрождение идеи расселения и управления землёй, создание общей инфраструктуры: город – село, стало главной задачей в структурообразующем значении церквей.

Со времён мощного градообразования и индустриализации в России идёт мощный отток населения из сёл и деревень в города, что привело к практическому обезлюдиванию этих земель и потери управления над ними. Погибли многие домены, которые держали целые регионы под контролем: экономическим и нравственным – разрушаются связи с землёй. В результате разрушения этих связей на нижнем уровне привело к негативным последствиям во всём обществе: разрушение оного как государства.

Основой - базой были мелкие поселения: основа пирамиды, на которой выросла вся цивилизация и культура. Разрушив основание, начало сыпаться и всё остальное.

Малые поселения, рассредоточенные с большой плотностью, создают кровеносно-вегетативную систему, которая не даёт отсохнуть конечностям и основным органам. Разрушение этой системы повело за собой к развалу всей структуры и «одичанию» людей. Ведь организация людей в сообщества с их нравственными, юридическими законами создавала культуру, т.е. этнос в духовном понимании.

Города, как мощные мегаполисы, являются двигателями научно-технического прогресса цивилизации. Но двигатель без базы не может существовать сам по себе, он повисает в воздухе и начинает работать в холостую. Это не значит, что урбанизация приносит только негативные последствия, но всё должно существовать и развиваться в равновесии. Если равновесие нарушается, то происходит откат: либо технический, либо нравственно-духовный, а иногда и то и другое вместе. Что и происходит, и начало нравственно-духовного обнищания началось задолго до 1917 года, намного раньше.

Как в жизни каждого человека есть поворотные события, так и в историческом развитии нашей страны есть такая веха или же росстань, когда «был оставлен русский путь» (Вл. Соловьев). Это было не одномоментно, но сформировалось в конечном итоге в реформы патриарха Никона. Эта веха называется «раскол» и его последствия. Понимание раскола не просто как политического акта, а как всеобъемлющей национальной трагедии во всех аспектах жизни и даёт полное представление и пути к возрождению забытых традиций и символов русского народа.

Начало раскола можно отнести к XVI веку, когда Московское государство нуждалось в сильной централизованной власти. Церковь, как духовная власть над народом, поддерживает идеи силы и самодержавия, и таким образом начинает отходить от народа. А значит, народ лишается своего духовного судьи и пастыря – начинающей терять доверие, церковь. После реформ церковь становится почти государственным учреждением, ещё больше отходя от народа, а значит церковь как суд совести, становится формальным судом власти.

Так были отвергнуты раннехристианские демократические идеи и республиканские основы жизни в русском народе.

Церковь, как власть, требует укрепления дисциплины и порядка, а, следовательно, унификации обрядов, установления единообразия церковной службы (за основу взяты греческие правила и обряды), общего подчинения и общей типологии. Власть, сосредоточенная в городах с их социально-культурной спецификой, вводит эту культуру регионы – в село. Появляются «благолепные обновления» - чуждые русскому народу приёмы украшательства.

В XVIII веке церковь превращается в Синод, а в XIX – «ведомство православного вероисповедания». Петр I вносит в мирскую архитектуру и градостроительство европейские каноны, что отражается и на культовой архитектуре. Бывшая в прошлом духовно-идеологической основой русской жизни, призывавшая человека к внутреннему самосовершенствованию и самоконтролю, к осознанному действу во имя идеала, а не к слепой вере в абстрактный идеал, церковь примерно к середине XIX века окончательно обюрокрачивается, превращаясь из епархии духовных наставников – «праведников духа» в епархию «чиновников в рясах». Но все эти преобразования проходят и через умы и души русского народа, отдаляя его от истоков, от истинных нравственных ценностей, от церкви: она всего лишь учреждение. Всё это вело к потере народного самосознания, когда «не форма и внешний закон как понуждение довлели над человеком, а совесть его свободная воля» (А.В. Ополовников).

Всё это вылилось в ранжирование жизни и культуры русской. Церковные обряды превращаются в формальные мероприятия. Грядет духовный, а за ним и государственный крах. Потому реформы, мягко говоря, 1917 года – это итог тех преобразований русской жизни, их «апофеоз».

Восстановление церкви на уровне мелких общин сейчас является основным средством восстановления русской национальной духовности.

Мелкий приход не представляет интереса для государства, но их возрождение ведёт к объединению всего государства, его возрождению, усилиями народа, т.е. снизу. Возрождение истинной духовной власти, независимой от власти мирской является основным направлением к идее структурного восстановления как всего государства, как территории в виде архитектурно природных ансамблей, так и всей русской культуры.

Восстановление структуры расселения всего государства на уровне мелких поселений состоит в воссоздании и новой организации церковных приходов. Исходяще реконструкция и строительство церквей2 в сёлах является отправной вехой в процессе восстановления национального самосознания, его любви к земле родной. Как следствие – управление землёй и социально-экономический подъём регионов.

Духовное и социально-экономическое значение церкви для русского народа неоспоримы.

Создание общего архитектурно-природного ансамбля церкви с окружающей её застройкой и ландшафта играет немаловажную роль в градостроительном и архитектурно-образном восстановлении государства и отдельного поселения для человека. Увиденные прекрасные образы церковных ансамблей, как воплощения идеи духовности, воли и самосознания, поднимают человека над самим собой. Прекрасные образы влекут, их идеи откладываются в душах и привносятся во всё, что делается людьми. Возрождение народных композиционных идей – одна из главных задач в процессе проектирования и построения художественно-выразительной системы пространственно организованных объектов. Пространственная форма – это символ, передающий функциональную и образную информацию, воплотившуюся в церкви в овеществлённую идею «Слова».

Глава 3.

Храм как культурный центр, вписанный в ткань городского организма, питает его, и обогащается вместе с ним. Техногенный фактор подавляет тонкие нюансы восприятия структуры небольшого объекта – хрупкого организма в гигантском коралловом рифе города. Но город бывает и маленький, бывает даже и не город, но – люди живут.

Проблема поиска структурообразующего элемента в постсоциалистическую эпоху в России в малых поселениях возникает год от года все острее.

Россия велика и многогранна, но она Православная и. Церковь в душах людей навсегда. Белая и чистая, венчает Она все наши желания и стремления, даже вне нашего понимания.

Эстетические аспекты расположения новых объектов общественного значения в населенных пунктах выявляются приземленной конфигурацией транспортно-торговой инфраструктуры, и закрепляется интенсивно развивающимися городскими пространствами, тяготения людей к прекрасному. Анализ и концепция развития поздних небольших город и населенных пунктов подразумевают нахождение культурного центра как места притяжения людских масс, а соответственно и капиталов. Городской парк, спортивное ядро, торговый комплекс, водоем образуют рекреационную зону. Градостроитель помещает его в наиболее живописное место, строительные технологии воплощают идею досуга в формы обещающие экономическую выгоду.

Но святое место выбирает только Он. И храм в сложившемся каркасе относительно неизменной пространственно-планировочной организации населенного пункта, не на что не претендуя и ничего не пытаясь доказать вводит в заблуждение своей наивностью, обезоруживая и покоряя.

«Там где двое сошлись во имя Мое, там и Я между них» - церковь как паства и церковь как храм всегда вместе, и рукою творца-зодчего водит Дух Святой.

«Не хлебом одним будет жить человек, но всяким словом, исходящим из уст Божиих». Церковь есть слово и начало, и молчание не есть золото, если оно не с Богом. Так и город, и село без церкви подобны глухонемому, страждущему музыки.

В русском селе или деревне церковь часто играла роль мощной доминанты, формирующей и изменяющей не только искусственные ландшафты селитебных территорий, но и природные ландшафты, оставаясь, однако, с ними в полной гармонии.

Казалось бы, сравнительно с жилыми домами и избами, огромные массы церквей, колоколен, куполов, кажутся функционально неоправданными. Даже соотношение полезной площади самого здания к его объёму, говорит об иных задачах и целях, нежели простое отправление церковных обрядов.

Восстановление церквей в сложившихся сёлах с градостроительной точки зрения практически не представляет труда, так как они стоят в местах созданных самим сочетанием природы и человеческого духа, к которым тяготел испокон веков.

В новых сёлах, созданных по принципам регулярной планировки и отсутствием идеи подчинения архитектурно-духовной композиции, свойственной старым деревням и волостям, особенно на севере России, с центром притяжения – церковным комплексом, место для строительства храма или часовни выбирается с учётом не только самого населённого места, но его окружения, удалённости от других деревень и социально-экономических факторов.

Композиционные особенности построения архитектурного объёма церкви на сегодня диктуются художественно-выразитель-ными и экономическими требованиями. Духовное значение выявляется через одухотворённость мастера – архитектора. Чувство ансамблевости и лаконизма должно стать первым звеном в цепи возрождения нацио-нальных идеалов - «как красота и мера скажут».


1 Рассматриваются наиболее распространённые и обобщённые типы.

2 Строительство храмов сельскими общинами, когда-то наиболее многочисленными в России, получило своё количественное развитие в XIX веке, хотя и раньше существовало в малых поселениях, но на более высоком художественном и духовном уровне. Характерным явлением для второй половины XIX века становится массовая постройка каменных церквей рядом с деревянными, а чаще на их месте. Со второй половины XIX века под предлогом ветхости было уничтожено огромное количество деревянных часовен, церквей, монастырей.



Подобные работы:

Актуально: