Выделение семантических типов в глагольно-адвербиальных конструкциях с "in" и "out"

Выбор темы обусловлен прежде всего актуальностью общей проблемы типологической характеристики лексики современного английского языка, включающей частный вопрос об образованиях аналитического типа, лингвистический статус которых до сих пор остаётся дискуссионным. Свидетельством актуальности исследования является количественный рост подобных образований и их функциональная активность в процессе коммуникации.

Объектом данного исследования является аналитическое глагольное лексемообразование современного английского языка..

Предметом - аналитические глагольно-адвербиальные конструкции с in и out.

Целью исследования является выделение семантических типов в глагольно-адвербиальных конструкциях с in и out. Реализация данной цели предполагает решение следующих конкретных задач:

1) изучение онтологических характеристик аналитических конструкций;

2) анализ способа передачи хронотопных характеристик действий в глагольной подсистеме современного английского языка;

3) определение особенностей компонентов in и out в структуре глагольных биномов;

4) исследование семантической структуры аналитических глагольно-адвербиальных конструкций с in и out с точки зрения вторых компонентов (in/out);

5) изучение парадигматических отношений с биномами in и out.

Для достижения поставленной цели и решения задач было проведено двустороннее исследование аналитических глагольно-адвербальных конструкций: структурное и содержательное.

Проблема аналитических конструкций занимает важное место в современном учении о морфологической структуре слова. Грамматическая теория и практика, сложившаяся у европейских народов под влиянием изучения и преподавания так называемых «классических языков», прежде всего латинского, долгое время понимала под морфологией изменения флективного характера, выражающие грамматические отношения с помощью аффиксов на конце слова. Изучение и преподавание новых западноевропейских языков (французского, английского, немецкого и других) выдвинуло в конце XIX века новую проблему морфологии аналитической, в которой грамматизованные сочетания слов, служебного и знаменательного, выступают с функциональной точки зрения как формы знаменательного слова. Ряд существенных до сих пор дискуссионных теоретических вопросов встаёт в связи с таким расширенным пониманием морфологической структуры слова.

Методами исследования данной работы следует считать:

1. метод сплошной текстовой выборки;

2. семантико-синтаксический анализ;

3. компонентный анализ.

Материалом исследования послужили аналитические глагольно-адвербиальные конструкции, образованные по модели V+in /V+out (общим количеством 475 единиц: из них 155 – “ V+in”, 320 – “ V+out”), собранные методом сплошной выборки из художественных произведений современных британских и американских авторов (4 книги), общим объёмом около 1500 страниц, а также одноязычных и двуязычных словарей.

Теоретической базой исследования послужили труды таких отечественных исследователей как Плоткин В.Я., Шапошникова И.В., Левит З.Н., Лапоногова Н. А., Битнер И.А. и другие.

Работа имеет традиционную структуру: состоит из введения, трёх глав, заключения и библиографического списка, приложений.

Во введении описываются объект, предмет исследования, формулируется цель и основные задачи исследования, обосновывается его актуальность.

Первая и вторая главы имеют теоретическую направленность, представляют собой критический обзор научной литературы и отражение различных точек зрения по данной проблеме.

В первой главе определяется тип и структура современного английского языка, даётся краткая историческая справка о становлении аналитизма, рассматривается роль синтетизма и аналитизма в современном английском языке.

Во второй теоретической главе описываются способы передачи хронотопных характеристик действий, приводятся все типы моделей, по которым образуются глагольные аналитические лексемы.

В третьей практической главе раскрывается сущность аналитической глагольно-адвербальной конструкции, выделяются семантические типы конструкций V+in /V+out и приводятся их русские соответствия.

В заключении обобщаются основные результаты проведённого исследования.

В приложениях отражается наличие или отсутствие семантических типов у аналитических глагольно-адвербиальных конструкций с in и out, приводится таблица способов соответствий передачи хронотопных характеристик действий в глагольной подсистеме современного английского и русского языков.


ГЛАВА 1 ТИПОЛОГИЧЕСКИЕ ХАРАКТЕРИСТИКИ СОВРЕМЕННОГО АНГЛИЙСКОГО ЯЗЫКА

1.1 Структура современного английского языка

Одним из основных понятий лингвистики является «тип языка», но дать его точное и адекватное определение сложно, так как и на данный момент существуют различные подходы к тому, что следует считать типом языка, варьируются критерии, которые могли бы служить надёжным основанием для определения того или иного типа языка.

Современное языкознание исходит из понимания языка как системы, в которой отдельные элементы, материально оформленные единицы – фонемы, морфемы, слова и т.д. – находятся в определённых, строго установленных в данном языке отношениях. Этим предопределяется то основное положение, что в языке как в очень хорошо отработанной системе одно явление может быть обусловлено другим или же само обуславливает другое явление. С другой стороны, каждый элемент системы в силу того же принципа оказывается взаимосвязанным с множеством других элементов этой системы.

Чешский лингвист В. Скаличка определил тип языка как «совокупность благоприятствующих друг другу явлений» (В. Скаличка, 1966: 27) или «сумма свободно сосуществующих явлений» (В. Скаличка ,1963: 34).

Т.П. Ломтев считает, что тип отдельного языка - это набор признаков, «общих для некоторого подмножества общего множества языков» (Т.П. Ломтев, 1965: 41). Однако это понятие имеет отвлечённый характер и мало чем способствует раскрытию понятия «тип» в приложении к отдельно взятому языку.

Под понятием «тип в языке» многие лингвисты понимают черты в структуре языка, не являющиеся ведущими для данного языка, но образующие некоторую устойчивую совокупность признаков.

В терминах В.А. Родионова «тип в языке» понимается как «качества собственно языковой структуры». Тип в языке понимается конкретнее, чем тип языка. В каждом языке представлено, как правило, в различной пропорции несколько типов (В.А. Родионов,1989: 16-30) - несколько основополагающих черт языка, определяющих его типологическую характеристику, иными словами, принадлежность языка к тому или иному языковому типу. Тип языка описывается при этом как модель-конструкт, которая не находит полного воплощения в конкретном языке, однако языки могут рассматриваться как более или менее приближенные к этой идеальной модели, включающей некоторое количество признаков, определяющих характер преобладающих в языке типов (И.В. Шапошникова, 1999:12). Набор типов (в узком понимании) не является статичным образованием, что определяется динамическим характером всей модели языка. Аккумулирование изменений типов в языке неизбежно ведет к смене его типологической доминанты, чему, как известно, был подвержен английский язык в ходе своего исторического развития, и это находит подтверждение в многочисленных историко-типологических исследованиях германистов в России и за рубежом (см. например, В. Скаличка, Т.П. Ломтев, Б.А. Успенский).

В типологии XIX в. было установлено четыре языковых типа: флективный, к которому были отнесены индоевропейские и семитские языки; агглютинативный – тюркские, монгольские, тунгусо-маньчжурские, финно-угорские, японский языки; изолирующий – языки китайской группы; полисинтетический – чукотско-камчадальские языки и языки американских индейцев за исключением языков кечуа и аймара в Перу и Боливии, которые относятся к агглютинативным языкам. Эта классификация языков была произведена на основании учёта признаков и свойств формальных сторон слова, его способности присоединять словоизменительные и словообразовательные морфемы.

В современной науке типологическая характеристика языка составляется не только на основании учёта типа формы, но и на основании учёта типа отношений. Кроме того, определение типологических признаков производится по уровням языка.

В. Скаличка пришёл к выводу о существовании в языках мира пяти языковых типов: флективного, интрофлективного, агглютинативного, изолирующего и полисинтетического. Он подчёркивает, что в каждом конкретном языке эти различные типы реализуются одновременно. Этот вывод свидетельствует о том, что языковой тип представляет собой некоторое абстрактное понятие, которое проявляется в каждом конкретном языке или группе языков.

В. Скаличка отмечает в агглютинативных языках обилие причастий, деепричастий, инфинитивов и глагольных имён, чего нельзя сказать о других языковых типах.

Неравномерность в распределении функциональной нагрузки внутри динамических систем вынуждает лингвистов выделять как в макросистеме языка, так и в его подсистемах, ядро и периферию.

Ядро языковой системы включает в себе элементы и создаваемые ими модели (структуры) c высокой функциональной нагруженностью. Ядерные модели оказывают непосредственное влияние на эффективность функционирования всей системы и определяют её структурный тип. Поэтому ядерные характеристики языка отличаются высокой продуктивностью, т.е. способностью порождать открытые парадигмы (с неограниченным количеством элементов). Образованные на основе продуктивных моделей парадигмы носят регулярный характер. Так, в грамматической подсистеме современного английского языка чрезвычайной высокой продуктивностью (регулярностью) отличается модель образования множественного числа с помощью суффикса – (e)s. Например: table – tables; chair – chairs; figure – figures; cow – cows и т.п.

В глагольной подсистеме современного английского языка очень продуктивна лексическая аналитическая модель типа «V + наречие» (например, run away, go out), в которой наречие указывает на направление глагольного действия в пространстве. Это регулярный способ называния пространственно-направленных действий в современном английском языке. Только в словарях зафиксировано около 1400 глаголов, образованных по этой модели.

В отличие от ядерных, периферийные элементы и структуры относятся к разряду непродуктивных. Их функциональная нагрузка ничтожна мала для того, чтобы сколько-нибудь существенно повлиять на структурную организацию языковой макросистемы. Непродуктивные модели составляют закрытые парадигмы. Как правило, это реликты (остатки) парадигм, некогда активно функционировавших, но постепенно утративших свою продуктивность в ходе истории. К их числу можно отнести в современном английском языке «застывшие» формы множественного числа с внутренней флексией (чередованием) типа foot – feet; tooth – teeth в словоизменительной (грамматической) подсистеме, а также образованные от прилагательных существительные в парах long – length; strong – strength в словообразовательной (лексической) подсистеме (И. В. Шапошникова,2003) .

Сосуществование ядерных и периферийных характеристик позволяет языковой системе адаптироваться к воздействию внешних факторов, так как границы между ядром и периферией подвижны в диахронии и определяются доминирующими тенденциями в каждый отдельно взятый период истории языка.

Современный английский язык отличается высокой степенью аналитичности своих структур, так как в нём не только активно используется агглютинация, но и функционируют в изобилии аналитические грамматические и лексические конструкции. Первые служат для выражения грамматических значений, вторые – для образования новых слов, которые называют аналитическими лексемами.

Если сравнивать современный английский язык с эталоном корнеизолирующего типа, то первый признак этого типа – преобладание моносиллабов (т.е. односложных по своей природе слов) – кажется типичным для современного английского языка. Во всяком случае моносиллабы составляют ядро его лексической подсистемы. Сюда можно отнести такие слова как: have, round, go, up, back, love, walk, man, etc. Аффиксы в корнеизолирующих языках в идеале должны отсутствовать, а определить частеречные характеристики слова помогает контекст, для этого нужно хотя бы сочетание двух слов (минимальный контекст) (И.В. Шапошникова, 2003).

Типологическая перестройка английского языка, особенно активно проходившая в среднеанглийский период, затронула все его подсистемы и привела к существенному преобразованию его структурного типа. Редукция стала причиной нарастания агглютинативных и корнеизолирующих тенденций в структуре английского слова, сокращение же структуры до моно- и диссилабов вызвало некоторые другие изменения в системе языка. Так как все типологические признаки взаимосвязаны, то «последовательное нарастание изоляции ведёт к нарастанию аналитичности в языке» (Н.В. Солнцева, 1985: 132). Постепенно синтетическая техника соединения связанных между собой носителей значений сменяется техникой аналитической. При этом меняются не только способы соединения носителей значений, но могут измениться и сами способы создания номинативных единиц, так как последние тоже предопределены типологическими характеристиками языка. Необходимо признать, что «лишь относительно ограниченный набор лексических единиц хранится во внутреннем лексиконе (mental lexicon) вместе с правилами и определённого рода принципами, которые позволяют создавать возможно неограниченное число новых (не обязательно сохраняемых) единиц» (D.A. Cruse, 1997: 50). В процессе же эволюции языка эти правила и принципы создания новых лексических единиц могут изменяться, как это и случилось в английском языке. Особенно ярко эти изменения проявились в системе английского глагола. В древнеанглийском языке для выражения хронотопных характеристик действия широко использовалась словообразовательная модель: «префикс + основа глагола», в современном английском языке этим целям служат аналитические деривационные модели: V+V; V+adj; V +N; V+adv.

В.Я. Плоткин утверждает, что элементом лексической системы надо признать не слово, а лексему, последняя может быть как однословной, так и не однословной, т.е. аналитической (В.Я. Плоткин, 1989).

Если суммировать всё сказанное о ядерных (типологически значимых) чертах английского языка, то можно прийти к выводу о том, что в ходе своей письменной истории английский язык претерпел структурную перестройку от неярко флективного и синтетического типа к типу аналитическому, совмещающему неяркие черты корнеизоляции и агглютинации (И.В. Шапошникова, 2003).

1.2 Становление аналитизма в английском языке

В 50-80-е годы прошлого века в отечественной германистике развернулись широкие дискуссии по вопросам аналитизма в германских языках. Значительные по масштабности проблемы поднимались в коллективных трудах (Вопросы грамматического строя. М,-Л., 1955; Аналитические конструкции в языках различных типов. М., 1965 и др.), обсуждались в академических и вузовских журналах и сборниках. Активными участниками обсуждения были известные ученые: М. М. Гухман, В. Н. Ярцева, О. С. Ахманова, В. М. Жирмунский, А. И. Смирницкий, И. Е. Аничков, В. Г Адмони, Н.Д. Арутюнова и многие другие. Сегодня очевидно, что в этих дискуссиях преобладали мотивы таксономического порядка, связанные с попытками, представлявшимися на тот период времени актуальными, разграничить и соотнести такие понятия как слово и словосочетание, свободное синтаксическое словосочетание, фразеологическая единица, устойчивое словосочетание. Речь шла о десемантизации и полнозначности, лексического и грамматического в слове, грамматизации и лексикализации и др.

Большое значение для разработки проблемы аналитических конструкций в отечественной германистике имели труды академика В. В. Виноградова, так как не без влияния заложенной им традиции, словосочетания стали трактоваться в работах германистов преимущественно как подчинительные структуры, состоящие не менее, чем из двух знаменательных слов. Вслед за словом они провозглашались номинативными единицами языка и подразделялись на свободные и фразеологически связанные. Смысловая целостность словосочетания связывалась с его способностью выступать в качестве члена предложения (О.С. Ахманова, 1955). Как структуру, состоящую из знаменательных слов, рассматривает словосочетание и В. В. Ярцева (1952, 1955). Поскольку вспомогательный глагол и служебный глагол не выделяются как самостоятельные члены предложения, то и полноценными компонентами словосочетания они быть не могут. Естественно, что такое понимание словосочетания, с одной стороны, привело к сближению словосочетания и слова, а с другой стороны всякая аналитическая конструкция, включенная в парадигму глагольных категорий, считалась аналитической формой слова и выводилась таким образом из сферы синтаксиса. В трактовке же многочисленных аналитических конструкций типа go away, have a look, get tired, get going неизбежно возникали таксономические трудности, связанные с проблемным статусом как каждой такой конструкции, так и отдельных её компонентов. В работах различных исследователей того времени доминирует установка на описание такого рода моделей как «переходных», «промежуточных» явлений. Наблюдается большое разнообразие терминов, фиксирующих, как правило, какой-то один признак, свойственный одному или нескольким типам данных конструкций. Например: составные глагольные лексемы (Г.Н. Воронцова), переменно-устойчивые сочетания (А.В. Кунин), устойчивые словосочетания (А.А. Алексеев, А.Г. Владимирцева и др.), составные глаголы (И.Е. Аничков), аналитические слова (Н.А. Лапоногова), полуаналитические формы кратного вида (Ю.В. Шаламов), глаголы с постпозитивными приставками (Ю.А. Жлуктенко), комплектные глаголы (Н.Б. Карачан) и пр. При этом рассматривалась, как правило, какая-то одна из приведённых выше аналитических структур, чаще всего это была модель типа go away; изучались и модели типа have a look. Исследовалась история становления данных конструкций, их семантические и структурные особенности. Детерминативы и распространители в составе конструкций также не остались без внимания исследователей (Ю.В. Шаламов).

Шла дискуссия по поводу статуса адвербиального компонента в составе конструкций типа go away и глагольного компонента в составе конструкции типа have a look. И в том и в другом случае вопрос ставился о десемантизации, о превращении адвербиального элемента или служебного глагола в аффиксальные (полуаффиксальные) морфемы, о специфике семантического взаимодействия и совместимости элементов конструкций. Крайние точки зрения усматривали даже полную синонимию служебных глаголов в сходных по составу аналитических конструкциях. Это были дискуссии, по словам И.В. Шапошниковой в плену «флективного мышления» и формального критерия, который требовал разрешения проблемы соотношения слова и словосочетания в русле цельнооформленности, зачастую понятой буквально, когда сама смысловая целостность выводилась из явных формальных критериев» (И.В. Шапошникова, 2005). И все же именно благодаря таксономическим спорам удалось, насколько позволяли знания того времени, развести такие понятия как «слово», «словосочетание», «фразеологическая единица», «аналитическое слово», с опорой на чисто языковые формально-семантические критерии, не выходя за пределы языковой семантики и структуры (там же).

Важнейшими итогами состоявшихся дискуссий были в числе прочего следующие достижения: собраны и систематизированы огромные по объёму фактические данные, идентифицированы и описаны с точки зрения состава, функциональных особенностей, структуры, семантики, происхождения, различные аналитические модели и конструкции (формы). Таким образом, была подготовлена огромная эмпирическая база, которая и сейчас не утратила ценности. Особенно важным представляется тот факт, что в период становления типологического изучения языков в России, по сути, ставился вопрос о необходимости изучать аналитизм германских языков (при этом речь шла об аналитизме в словоизменении) в историко-типологическом аспекте. В работах М.М. Гухмана была предложена и успешно применена конкретная методика исследования аналитизма в словоизменительных подсистемах германских языков в контексте диахронических типологических констант (Гухман, 1981).

Понятия анализа как техники и аналитизма как состояния языка (его строя) были разграничены и описаны с разных позиций. Аналитизация языка сводилась поначалу только к морфологическим и синтаксическим её проявлениям и решалась в контексте исследования межуровневых морфолого-синтаксических процессов. Это осложняло работу по выходу в лексическую проблематику. В сборнике «Проблемы аналитизма в лексике» (отв.ред. З.Н. Левит), опубликованном в Минске в 1967г. (Вып. I и II), был определён в терминосистеме формализованного подхода тех лет основной понятийно-категориальный аппарат исследования лексического аналитизма, выкристаллизовалось понятие аналитической лексической единицы, фактически был идентифицирован объект исследования – «аналитическое слово» - как явление в индоевропейских языках. Апробировались популярные в то время методики анализа этого явления: дистрибутивные, трансформационные, анализ по непосредственным составляющим и др. (А. Лапоногова, З. Н. Левит, В. Б. Сосновская и др.). В этот же период времени появляются диссертационные исследования, посвященные различным аспектам функционирования аналитических конструкций разного типа. Наиболее существенны в контексте лексического аналитизма следующие работы: Бандик (1970), Владимирцева (1971), Алексеев (1971), Семенец (1959), Кузнецова (1966), Мова (1968), Карачан (1972), Лапоногова (1968) и др. Особый вклад в раз -работку вопроса о статусе отдельных компонентов аналитических конструкций, как и, собственно, самих конструкций в историко-типологическом ключе внесли такие работы как: Жлуктенко (1954 и др.), Ненюкова (1955), Девитт (1957), Левит (1967,1971), Берлизон (1967 и ранее), Шаламов (1967,1970 и др.), Гросул (1978), Кузнецов (1980) и многие другие.

Позднее, в продолжение традиции, предприняты попытки историко-типологического описания различных аналитических моделей глагольной лексической номинации в ряду других сопряженных с ними процессов типологической трансформации строевых характеристик английского языка (И.В.Шапошникова 1992, 1999; Е.Л.Соболева 2001, Ж.Г. Сонголова 2001, Т.А. Петрова 2004, И.А. Битнер 2004 и др.). Таким образом, все упоминавшиеся выше модели аналитической номинации (V+V; V+adj; V +N; V+adv) получили системное рассмотрение как явления однопорядковые в историко-типологическом и частично в когнитивном аспекте.

1.3 Роль синтетизма и аналитизма в современном английском языке

Вопросы «синтетизма» и «аналитизма» (или «синтеза» и «анализа») являются одной из кардинальных лингвистических проблем, разрабатываемых синхронно и диахронно на материале самых разных индоевропейских и неиндоевропейских языков. Эти вопросы тесно связаны с восприятием человеком окружающей действительности и своеобразным преломлением этой действительности в строе языка. Явления действительности не воспринимаются людьми единично, как бы «аналитически». Это всегда комплекс признаков – предмет и его положение в пространстве или его отношение к говорящему, его характеристика с точки зрения цвета, объёма, статики, динамики и т.д. В языке эти комплексы раскладываются на составные части. Своего предела эта деятельность человеческого сознания достигает в словаре, где каждая выделенная лексическая единица разбирается в её возможных семантических вариантах, и в грамматике, в которой из сложной и взаимопереплетающейся системы отношений между предметами и признаками и т.д. выделяются основные единицы, претворённые в те или иные грамматические морфемы (Н.А. Лапоногова, 1967). Проблема «синтеза» и «анализа», таким образом, выступает как проблема частного и общего.

Термины «синтетизм» и «аналитизм» трактуются по-разному, но традиционно под «синтетизмом» понимают выражение одной единицы языка в одном графемном слове, а под «аналитизмом» - выражение одной единицы языка в разных графемных словах, представляющих собой аналитические конструкции (Н.А. Лапоногова, 1967).

О «синтетизме» и «аналитизме» принято говорить в применении к грамматике и очень редко – к лексике. Однако, вне представлений об аналитизме, определить что такое «слово» трудно.

Являясь главной линией развития романских языков, которые прошли сложный путь от синтеза к анализу в их грамматическом строе, эта проблема особенно детально рассматривалась именно в романистике. Именно романские языки явились почвой для начальной разработки этих вопросов, которые затем стали интересовать германистов, славистов и представителей других языковых групп.

При формировании грамматического строя германских языков, развитие от синтеза к анализу не было связано только с грамматическими категориями. Как правило, аналитизм грамматического строя основывался на лексических единицах, терявших свою лексическую самостоятельность и наполнявшихся тем или иным грамматическим содержанием. (Например: превращение ряда глаголов, через ступень вспомогательных, в показатели времени, лица и числа; лексическое опустошение некоторых предлогов, принимающих на себя падежные функции; наречий, принимающих функции степеней сравнения прилагательных и т.д.).

Беспрерывное развитие и становление новых форм наблюдается в любой лексико-грамматической группе. Причины становления тех или иных форм сложны и своеобразны, а пути их развития в общем ходе формирования структуры отдельного конкретного языка различны.

В парадигматической системе английского языка, глагол, как наиболее динамичный из всех частей речи, очень активно реагирует на все новые языковые тенденции и регистрирует их. В категории глагола можно найти зачатки того нового, которое в последствии может охватить весь строй языка в целом. Уходя в своём генезисе в недра истории, он продолжает своё оформление и в наше время. Основные линии его развития прослеживаются с отдалённого прошлого, и их поступательное движение устойчиво сохраняется, не выходя за рамки ведущих тенденций (Н.А. Лапоногова, 1967).

Системный характер современного английского языка со свойственным ему преобладанием аналитических элементов обусловливает возможность проявления аналитизма в различных сферах языка, например, не только в словоизменении, но и в словообразовании. Наблюдения над живыми фактами современного английского языка показывают, что средства выражения единого понятия сложными лексическими построениями не ограничиваются лишь сложными словами и фразеологическими единицами. Особое место занимают построения, которые, обладая свойствами, общими с выше названными, тем не менее принципиально отличны от них. Есть основания утверждать, что эти построения, которые не могут быть отнесены ни к фразеологическим единицам, ни к сложным словам, уже перешли в новую категорию – категорию аналитической лексемы.

Если согласиться с тем, что основным условием образования аналитических форм является их соотнесённость с формами синтетическими, то в этом случае наличие аналитических лексем вполне закономерно, так как у них есть с чем соотноситься: они соотносятся со словами простыми, «монолитными» или «синтетическими» (Н.А. Лапоногова, 1967: 51). Так, параллельным словом к to be tired является to tire точно так же, как в русском языке «жениться», но «выйти замуж». Если не всегда наличествуют соотносительные синтетические и аналитические лексемы, то и в этом имеется полная аналогия в словоизменении. В русском языке аналитические формы глагола находят лишь в одном будущем времени несовершенного вида: «буду читать», но я «прочитаю». С другой стороны, в группе английского перфекта существуют только аналитичекие формы и отсутствуют синтетические, с которыми бы они соотносились. Таким образом, аналитические формы в одной какой-либо категории могут возникать и развиваться на фоне синтетических форм другой грамматической категории. Если быть последовательными, то можно представить себе в идеальном случае язык, обладающий исключительно аналитическим формами, не соотносящимися ни с какими синтетическими формами. Но аналитическим всё же будем его считать язык, если он будет обладать характерными для аналитического строя чертами, а именно, если каждая форма в нём будет состоять из служебного – модификатора и лексического – дифференциатора элементов (Н.А. Лапоногова, 1967).

Выводы

В современной типологии выделяется понятие «тип языка», под которым понимается устойчивая совокупность ведущих признаков языка и «тип в языке» под которым понимают черты в структуре языка, не являющиеся ведущими для данного языка, но образующие некоторую устойчивою совокупность признаков.

Исторически выделяют четыре языковых типа на основании учёта признаков и свойств формальных сторон слова, его способности присоединять словоизменительные и словообразовательные морфемы: флективный, агглютинативный, изолирующий, полисинтетический.

Типологическая перестройка английского языка, особенно активно проходившая в среднеанглийский период, затронула все его подсистемы и привела к существенному преобразованию его структурного типа. Английский язык, исторически флективный, приобрёл черты корнеизоляции и агглютинации, свойственные аналитическому типу языка.

В древнеанглийском языке для выражения хронотопных характеристик действия широко использовалась словообразовательная модель: «префикс + основа глагола», в современном английском языке этим целям служат аналитические деривационные модели: V+V; V+adj; V +N; V+adv.

В глагольной подсистеме современного английского языка очень продуктивна лексическая аналитическая модель типа «V + наречие» (pull in, go out, run away и т.п.), в которой наречие указывает на направление глагольного действия в пространстве.


ГЛАВА 2 АНАЛИТИЧЕСКИЕ ТЕНДЕНЦИИ В СИСТЕМЕ СЛОВООБРАЗОВАНИЯ СОВРЕМЕННОГО АНГЛИЙСКОГО ЯЗЫКА

2.1 Аналитизм в словообразовании современного английского языка

Типологическая перестройка английского языка, его переход от синтетизма к аналитизму самым существенным образом затронули все его системы, естественно, включая и лексическую подсистему языка.

Среди проявлевий аналитизации в лексике первостепенное значение имеет распространение аналитической деривации, которая стала важным конкурентом деривации синтетической. Синтетическая деривация имеет ветви — словоизменительную и словообразовательную. Так же раздвоена и аналитическая деривация. Но если аналитическое словоизменение общепризнано, то другая ветвь аналитической деривации, функционально аналогичная словообразованию, с трудом утверждается в англистике, наталкиваясь на терминологические препятствия и номенклатурно-таксономические неясности

Рассмотрим способы реализации деривационного потенциала у русского корня стар(ый) и его английского эквивалента оld. Русский корень дает около 60 аффиксальных производных, не говоря уже о десятках сложных слов с его участием, тогда как от английского корня производных не более пяти (oldish, olden, oldie, oldster) Можно полагать, что английская лексика не менее русской нуждается в названиях таких предметов, как старость, старик, старуха, старец, старьё, старина, таких процессов, как старить, стареть, состариться, устареть, таких признаков, как стариковский, старческий, старинный, таких обстоятельств, как встарь, исстари. Создать их синтетическим способом невозможно. Не решает проблемы и применение немногочисленных заимствованных слов, например ancient, antiquity, inveterate, obsolete. Основной способ построения таких названий - сочетание прилагательного о1d с существительными man, boy, woman, chap, fellow, time, days, age, stuff, clothes и другими, с глаголами bе, get, grow, make.

Русским синтетическим дериватам от корня глагола бежать с приставками (в-, вз-, вы-, до-, за-, на-, о-, от-, пере-, по-, под-, при-, про-, с-, у) регулярно соответствуют английские аналитические дериваты от глагола run с наречиями away, in, off, out, round, through, up и другими (В.Я. Плоткин, 1989).

Эти примеры не единичны, они иллюстрируют массовое, типичное расхождение между способами лексической деривации в двух языках. Многие сотни, возможно тысячи, русских синтетических производных слов не могут иметь однословных эквивалентов в английской лексике. Действительно, английская лексика не располагает отдельными словами, которые были бы аналогами целых разрядов русских слов. Кроме представленных уже разрядов можно назвать обозначения людей по качествам: бедняк, богач, добряк, красавец, крепыш, ловкач, наглец, нелюдим, отличник, слепец, лентяй, толстяк, смельчак, умница, хитрец, хищник, частник, невидимка, одиночка, жадина, грязнуля, кривляка; действий по качествам: белеть — белить, стареть — старить, крепить — крепнуть, подобреть — задобрить и т. в.; названия профессий: нефтяник, снабженец, швейник, текстильщик, бетонщик, энергетик и т.п.; профессиональных действий: учительствовать, плотничать, директорствовать и т. п. Отсутствуют, как правило, синтетические аналоги приставочных глаголов: взлететь, выстоять, дочитать, забрызгать, исписать, наклеить, надстроить, недоглядеть, окопать, обскакать, отломать, переспорить, поиграть, подсыпать, приплатить, проспать, разлюбить, сбрить, укутать.

Ясно, что речь идет не о единичных лакунах вроде отсутствия в некоторых языках соответствий русским словам «сутки» или «форточка», потому что такие лакуны никак не связаны со строем языка. Но если многие важные деривационные направления, несомненно актуальные для лексики в целом, слабо обеспечиваются синтетическими словообразовательными средствами современного английского языка, то причины этого кроются в специфике его строя, и строй языка компенсирует слабость синтетической деривации широким развертыванием деривации аналитической (З.Н. Левит, 1967).

Эта важнейшая, типологически обусловленная черта английской лексической подсистемы привлекала к себе внимание многих исследователей, таких как А.И. Смирницкий, Г. Н. Воронцова, Н.Н. Амосова, А.В. Кунин. Однако плодотворному ее рассмотрению помешали споры о самой допустимости аналитизма в лексике, а когда они завершились отрицанием такой возможности (А.И. Смирницкий, 1959: 83), встал вопрос об отнесении данного явления к морфологии, синтаксису, словообразованию или фразеологии. Он остается нерешенным по той причине, что природа аналитической деривации в лексике не позволяет трактовать ее как явление грамматическое (морфологическое или синтаксическое); это и не словообразование, так как продукт деривации не слово; наконец, это и не фразеология, так как здесь нет идиоматичности, зато налицо регулярность деривации по определенным моделям.

По мнению И.В. Шапошниковой источником теоретических трудностей в этом важном вопросе послужила трактовка слова как элемента лексической подсистемы языка. Между тем центральное положение слова в макросистеме языка обусловлено тем, что оно выступает во всех трех ее подсистемах - грамматической, звуковой и лексической. Поэтому неправомерно трактовать слово как элемент одной из них. Лексическая подсистема есть совокупность номинаций, названий для выделенных в окружающем мире предметов, процессов, качеств. Слово - каноническая форма номинации, а каноничность не предполагает обязательности. Так, слова служебные, бесспорно являясь словами, но не номинациями, в лексическую подсистему языка не входят. С другой стороны, номинация может осуществляться и соединением слов. Если такое соединение достаточно регулярно и устойчиво, оно имеет такой же статус элемента лексической подсистемы, как неслужебное слово, отличаясь от него аналитичностью своей структуры. А. И. Смирницкий был прав, отказавшись признать возможность существования аналитического слова, потому что оно состояло бы из слов, а целое и его часть не могут носить одно и то ж

Подобные работы:

Актуально: