Идеология "третьего пути"

Семинар 8.

Тема. ИДЕОЛОГИИ "ТРЕТЬЕГО ПУТИ"


1. Условия возникновения идеологии «третьего пути». 1

2. Корпоративизм, как особый тип политической философии. 1

3. Основные направления корпоративной идеологии «третьего пути». 3

3.1. Социально-христианская доктрина. 3

3.2. Народническая идеология. 5

3.3. Анархо-синдикализм. 6

3.4. Фашизм. 7

3.5. Коммунистическая идеология. 10


1. Условия возникновения идеологии «третьего пути»

Огромные социальные издержки, глубокие противоречия процесса ускоренной модернизации создавали предпосылки для интенсивного идеологического поиска. Образовывалась политическая и психологическая ниша для формирования идеологии совершенно особого рода, рьяно отвергавшей классические либеральные ценности, но по-прежнему ориентированной на глобальные преобразования. Такая идеология отражала противоречивую социальную реальность маргинализированного общества, все еще болезненно реагирующего на новации, но уже глубоко измененного в их ходе, осознавшего невозможность возврата во вчерашний день. Она представляла собой поиск некоего "третьего пути", отказ от балансирования между традицией и "вызовом Запада"

Само понятие "третьего пути" общественного развития достаточно условно. По своему происхождению оно связано с моделью партийно-политического спектра, сложившейся в XIX в. и основанной на противостоянии "правой" (охранительной) и "левой" (прогрессистской) идеологии. В начале XIX в. правый полюс образовывала классическая консервативная идеология, левый - классический либерализм. По мере закрепления в XIX в. классовой структуры индустриального общества и превращения буржуазии и пролетариата в основные социальные группы, либерализм превратился в охранительную, правую идеологию, тогда как на роль левой выдвинулся марксизм. К началу ХХ в. контуры "правого" и "левого" лагерей вновь значительно изменились. Социальный либерализм, социал-реформизм, либертарный консерватизм с трудом вписывались в привычную биполярную схему. Идеология же "третьего пути", по словам С. Франка, вообще рождалась "по ту сторону правого и левого".


2. Корпоративизм, как особый тип политической философии

В основе идеологии "третьего пути" лежал причудливый синтез важнейших черт, присущих "правым" и "левым". Это превращало ее не в центристское, умеренное направление, а в принципиально новый тип политической философии. Подобно консерватизму, идеология "третьего пути" ориентировалась на идеалы социальной солидарности, представление об обществе как едином взаимосвязанном организме. Но, вслед за либерализмом и марксизмом, она провозглашала необходимость глобальных изменений, а не частичных реформ, создания принципиально новой общественной системы. Лейтмотивом этих перемен должен был стать поиск настоящей, подлинной свободы человека.

Идеология "третьего пути" отвергала трактовку свободы, присущую либерализму и марксизму, как формализацию человеческих отношений. Либеральное восприятие индивида как носителя неких универсальных естественных прав, внеличностных по своему происхождению, или марксистский классовый подход, превращающий человека в безликую фигуру с набором социально-экономических характеристик, приводит к отчуждению личности, потере ею своих подлинных корней. Идеалом новой идеологии становилась свобода "конкретной личности", реализуемая в рамках "подлинных субъектов" социальных отношений - коллективов, сообществ, этнических групп, семьи, религиозной общины и т.п. Это корпоративная свобода, а не индивидуальная или классовая (под корпорацией в широком смысле понимался любой "реальный" социальный организм, сформированный общностью целей, интересов, качеств группы людей). Предполагалось, что корпоративная свобода отдельного человека не противостоит интересам всего общества, а дополняет и расширяет их.

Корпоративизм, как особый тип политической философии, был связан с отказом от абсолютизации рационального способа познания мира, признанием априорных ценностей, иррационализма как основы общественной и индивидуальной жизни. Сама личность рассматривалась в этой связи как феномен духовный, а не материально детерминированный. Пафос всевластия Разума уступал место признанию всемогущества Жизни. Соответственно, любые проекты общественных преобразований основывались прежде всего на идее духовного строительства, совершенствования самого человека, свободного социального творчества, порожденного интуитивным стремлением к естественным формам человеческих отношений. Экономическое и политико-правовое строительство могло играть здесь лишь вторичную роль.

Корпоративная идеология первоначально превращалась в своего рода моральную оппозицию. Сами корпоративные движения ориентировались прежде всего на внутреннюю духовную консолидацию, распространение своих идей, а не вступление в непосредственную борьбу за власть. Эта особенность корпоративной идеологии предопределила скептическое отношение ее сторонников к формированию жесткой рациональной доктрины. Речь шла скорее о выработке базовых идеологических принципов, отражающих общую духовную ориентацию движений. Как следствие, в лоне корпоративной идеологии "третьего пути" сформировались сразу нескольких самобытных направлений, имеющих сходные отправные идеи, но весьма различную политическую направленность. Крупнейшими из них стали социально-христианская доктрина, солидаризм, народническое (фелькишское) течение, анархо-синдикализм и фашистское движение.


3. Основные направления корпоративной идеологии «третьего пути»

3.1. Социально-христианская доктрина

Глубинная перестройка христианской политической идеологии началась со второй половины XIX в. Она коснулась, прежде всего, католицизма, ранее связанного с наиболее жесткими формами охранительного консерватизма, клерикально-монархической реакцией. В энцикликах (посланиях) посланиях папы римского Льва XIII были сформулированы новые принципы политической программы Святого престола - позитивное отношение к идеям либеральной демократии, признание гражданского долга христиан, отказ от христианизации государства. В энциклике "Rerum novarum" ("О новых вещах", 1891 г.) впервые было заявлено и о новом отношении Ватикана к социальному вопросу. Жесткой критике подверглось рабочее революционное движение, пафос классовой борьбы, насаждаемый марксизмом. В то же время осуждался и капитализм - как общество экономической эксплуатации, система, разрушающая моральный облик человека, проповедующая нигилизм, безверие и агрессивность. В "Rerum novarum" предлагались новые ориентиры общественного развития. Верующие, и, прежде всего, рабочие, призывались к последовательному внедрению идей солидарности и взаимопомощи в повседневную жизнь, моральному очищению общества, настойчивому отстаиванию своих прав, минуя крайности политической борьбы. Эти положения стали основой идеологии социального католицизма.

Солидаристская христианско-социальная доктрина окончательно сформировалась в 20-30 гг. ХХ в. В основу ее были положены два базовых принципа: сословно-корпоративного устройства общества и субсидиарности. Корпоративизм рассматривался уже не только как общая идея социальной солидарности, но и в качестве принципа реального общественного устройства, призванного преодолеть классовые противоречия и поставить в центр государственной жизни "реальные" интересы корпораций, сословий. В отличие от феодального сословного строя этот проект предполагал открытость сословной организации, экономическую (отраслевую) основу ее формирования. Принцип субсидиарности (от лат. "subsidium" - помощь, защита) подразумевал сохранение индивидуальной ответственности человека за свое будущее при его праве рассчитывать на поддержку общества. Субсидиарность представлялась в качестве разумного компромисса, позволяющего сохранить индивидуальную свободу и инициативу личности при жестком упорядочении общественной организации, обеспечении социальной справедливости и морального возрождения.

В конце 20 - начале 30 гг. Ватикан существенно сблизился с фашистскими режимами, взявшими "на вооружение" идеи корпоративизма. Однако уже в 30 гг. в его политике по отношению к фашизму наступил перелом - церковь начала превращаться в активную антифашистскую силу. В период второй мировой войны католики многих стран Европы сыграли исключительно большую роль в движении Сопротивления. В программных установках самой церкви произошел синтез идей социального католицизма и либерально-демократической идеологии. На этой основе сформировалась концепция христианской демократии. По окончании второй мировой войны партии подобного толка стали влиятельной силой почти во всех западноевропейских странах. Дальнейшее развитие доктрины христианской демократии происходило уже преимущественно в русле политических движений, а не в лоне церкви.

Наиболее показательным является развитие послевоенной христианской демократии в ФРГ, где оно происходило на межконфессиональной основе, при тесном политическом сотрудничестве католических и протестантских групп в рамках партийной коалиции ХДС/ХСС. Система политических ценностей христианских демократов строилась на основе таких понятий, как "свобода", "справедливость" и "солидарность". Исходным пунктом христианско-демократического понимания свободы стало представление о естественных, данных Богом правах каждого человека. Система социальной справедливости рассматривалась как необходимая степень гарантий со стороны общества тем лицам, которые не способны в достаточной степени оказать помощь самим себе, самостоятельно реализовывать собственные права. Солидарность же трактовалась в духе социального партнерства и сотрудничества широких слоев населения, осуществляемых "горизонтально", вне патерналистской опеки государства.

Существенно изменилась в контексте идей христианской демократии и трактовка принципа субсидиарности. Он более не предполагал жесткой упорядоченности общественных отношений. Отвергнутым оказался и корпоративный идеал общественного устройства. Христианские демократы рассматривали субсидиарность только как принцип межличностных взаимоотношений, обосновывающий моральную ответственность каждого члена общества перед остальными, глубокую взаимосвязь прав личности и ее обязанностей по обеспечению аналогичных прав других людей.

Значительная доля социальной ответственности возлагалась христианскими демократами и на государство. Правда, его возрастающая роль во всех областях общественной жизни предполагала уже не патерналистскую опеку над человеком, а прежде всего создание стабильного правового пространства, защиту и поощрение естественной солидарности самих людей. Кроме того, государство, с точки зрения христианских демократов, призвано вырабатывать стратегию общенационального развития. Подобно социальному католицизму, христианская демократия сохранила представление о нации как реальном социальном организме с общими позитивными целями и интересами. Уже в первых строках конституции 1949 г. провозглашался принцип "единой ответственности немецкого народа перед Богом и людьми".

Помимо христианской интерпретации принципа социальной солидарности в ХХ в. сформировалась и светская концепция солидаризма . Родиной этой идеологии являлась Франция. Еще в 1839 г. здесь был опубликован трактат П. Леру "О человечестве" - первая попытка систематизировать представления о взаимной солидарности как универсальном социальном феномене. В начале ХХ в. в трудах Л. Буржуа, Ш. Жида, Л. Дюги солидаризм уже предстал целостной социальной доктриной, противопоставляемой классическому либерализму и марксистскому социализму. Французские солидаристы отталкивались от идеи "естественной солидарности", понимая под ней "взаимную зависимость всех частей одного и того же организма", универсальную для любых форм жизни. Чем более сложным, дифференцированным являлся организм, тем более интенсивной становилась и взаимосвязь его внутренних элементов. С этой точки зрения, современное общество, обладающее высокой степенью разделения труда, идеологическим плюрализмом, разнообразием политических и государственно-правовых моделей, объективно создает предпосылки для развития как естественных, так и социальных (высших) форм солидаризма. В качестве естественных рассматривались различного рода ассоциации, кооперативное движение, синдикаты и корпорации - то есть все виды договорных отношений, порожденных общими экономическими и производственными интересами. Однако подобные формы "вспомоществования" противоречат принципам социальной справедливости, так как защищают лишь интересы отдельных групп в ущерб иным. Они должны быть дополнены социальными формами солидарности, в основе которых лежит этический императив, моральный долг человека по отношению к обществу.

Важнейшее значение для солидаристской идеологии имел принцип персонализма, рассматриваемый как антитеза и индивидуализму, и коллективизму. Персонализм предполагал, что интересы личности являются более значимой ценностью, чем общественные, но высший личный интерес - это гармония отношений с другими людьми, которая может быть гарантирована только обществом. Тем самым, именно принцип персонализма проводил четкую грань между солидаризмом и коллективистским социализмом, но в то же время защищал его и от эволюции в сторону индивидуалистической этики. Подобная трактовка, а также безусловное признание демократических форм государственности сближали французский, равно как и английский солидаризм с социальным либерализмом. Немецкий, австрийский, русский солидаризм оказались в большей степени связаны с этическими, религиозными аспектами концепции, а также национальной идеей. Огромным интеллектуальным и духовным потенциалом обладал русский солидаризм начала ХХ в., развивавший традиции национальной идеологии соборности, этического комплекса православия. Его представители - Н. Лосский, С. Франк, И. Ильин, являлись одними из крупнейших философов своего времени.

3.2. Народническая идеология

Процесс оформления идеологических концепций "третьего пути" приобрел определенную специфику в тех странах, которые испытывали сложности с этнической эмансипацией, где форсированные реформы "по западному образцу" воспринимались как угроза самим основам национального бытия. В России и Германии эта тенденция сочеталась с традициями панславистской и пангерманской идеологий. Результатом причудливого идейного синтеза стали движения народнического типа, занявшие достаточно важное место в партийно-политическом спектре этих двух стран на рубеже XIX-XX вв. Сам термин народничество является по происхождению российским, тогда как движения подобного толка в Германии получили название "volkisch" ("фелькиш").

В центре народнической идеологии оказалось понятие "народ" - как особая органическая общность, единый социальный организм, обладающий собственной душой, характером, волей, судьбой. Именно народ - неделимый на автономные единицы носитель коллективного разума, морали, веры, обладает правом определять пути общественного развития, выступает связующим звеном между прошлым и будущим. Народничество в России и "фелькиш" в Германии выходили за рамки обычной политической идеологии. Они составили особый пласт национальной культуры, образовали целостные мировоззренческие системы, отражающие специфичный строй мышления, социально-психологический комплекс, сформированный на базе этнического самосознания. Радикальная критика буржуазного образа жизни как ложного и чуждого национальным традициям сочеталась в этих концепциях с выдвижением нового социального проекта, основанного на демократических и социалистических (коллективистских) началах, идеалистических представлениях о единстве "крови и почвы".

Особенностью фелькишской идеологии в Германии стало обостренное национальное чувство, переходящим в открыто антисемитские, расистские идеи. "Социализм" фелькишских группировок носил подчеркнуто "немецкий" характер, претендовал на возрождение "истинно немецкого образа жизни" как в нравственном, психологическом, так и в расово-биологическом, генетическом отношении. Фелькишское движение активно поддерживало пангерманские идеи и выступало за укрепление имперской государственности. Российская народническая традиция в формуле "кровь и почва" переносила акценты на второй компонент. При всех отличиях внутренних течений народничества, для них было свойственно особо почтительное отношение к традициям русской крестьянской общины как образа жизни, мышления, мировоззрения. Крестьянство воспринималось в качестве социального и духовного стержня "народной общности".

3.3. Анархо-синдикализм

В романских странах Европы народническая идеология не имела столь серьезного развития, как в Германии и России. Однако именно здесь сформировалась еще одна специфическая разновидность корпоративной идеологии - анархо-синдикализм. Классический анархизм XIX в. был порожден особенностями политического движения неквалифицированного пролетариата, стихийным протестом слабо организованной массы против любых форм эксплуатации (в том числе самого государственного начала). Соответственно, анархизм вобрал в себя широкий спектр весьма разнородных движений, единых в представлении о государстве (организованной власти) как основном источнике социального зла. То же негативное отношение распространялось и на классические атрибуты публичной политики - партийную систему, парламентаризм, представительную демократию. Анархизм призывал к разрушению всего государственного организма и переходу к стихийным, естественным формам общественных отношений. Основу их различные течения анархизма видели в безусловной свободе личности (анархо-индивидуализм М. Штирнера), общественном устройстве на основе федерации свободных производственных ассоциаций (анархо-федерализм П. Прудона, М. Бакунина), свободном самоуправлении общин (анархо-коммунизм П. Кропоткина).

Анархо-синдикализм стал единственным мощным течением анархистского толка, сохранившим свое влияние в ХХ в. Его ведущим идеологом являлся Ж. Сорель. Он продолжил разработку синдикалистской теории профсоюзного движения, сторонники которой считали синдикаты (профессиональные объединения), основой социальной, политической и духовной жизни общества. Синдикализм рассматривал консолидацию профессиональных групп и первенство их интересов как основное средство ликвидации эксплуататорской экономической системы и трансформации государственно-политического организма на солидаристских принципах. Тем самым, он чрезвычайно близко подходил к логике корпоративных идеологий, но опирался именно на рабочее движение.

Сорель внес в синдикалистскую идеологию два важных тезиса, точно отразивших специфику политической стилистики многих корпоративных движений ХХ в. Он сформулировал т.н. "теорию политического мифа", согласно которой в современной общественной жизни не сокращается, а, напротив, возрастает значимость иррациональных факторов. Сорель считал, что любые идеологические доктрины все в большей степени оказываются представлены не рациональными теориями, а системой политической мифологии, обращенной к чувству, эмоциям человека. Их эффективность зависит не от доказательности и аргументированности, а от способности увлечь массу, ослепить ее яркими идеями, чувственно воспринимаемыми образами. При определении методов деятельности синдикалистского движения Сорель предлагал ориентироваться на "теорию прямого политического действия". Наиболее важными признавались политические акции, не обремененные рациональными целями, не направленные на конкретные, утилитарные результаты, а выполняющих именно моральную, нравственную функцию, важные для создания в обществе особой моральной атмосферы, для духовной консолидации движения. Теория "прямого политического действия" послужила одним из важнейших идеологических обоснований для практики политического терроризма уже во второй половине ХХ в.

3.4. Фашизм

К числу корпоративных идеологий следует отнести и фашизм. Ранний фашизм представлял собой достаточно пестрый конгломерат группировок и движений, не имевших общей идеологической платформы. Но именно фашизм в наибольшей степени проявил важную особенность корпоративных идеологий - приоритет духовной консолидации движения, опережающей складывание политической доктрины. Отправной точкой в становлении фашизма стал не определенный круг идей, а психологический импульс, вызванный кризисом ускоренной модернизации. Фашизм наиболее чутко отреагировал на психологические запросы недовольной массы и впитывал противоречие сочетание традиционных и модернизационных ценностей. Он апеллировал к особому типу мышления, основанному на простоте мировосприятия, системе упрощенных стереотипов, высокой эмоциональности в ущерб рационализму, склонности к мистицизму, подсознательном недоверии к технике и "городам", вере в возможность предопределенного, гармоничного, идеального порядка вещей, и одновременно - стремлении к революционным переменам, готовности лично участвовать в них, отношении к технологии как к неизбежному злу, способному ускорить общественные преобразования. Крупнейший идеолог германского раннего фашизма Меллер ван ден Брук выразил эту психологическую ситуацию формулой: "Революционный человек и консервативный человек имеют сегодня общего противника. Этим общим противником является человек либеральный".

Ранний фашизм аккумулировал негативную энергетику маргинальной среды, не пытаясь перевести ее в какое-либо конструктивное русло. Первая мировая война поставила решающую точку в формировании человека, способного поверить фашизму. Маргинальная масса восприняла войну как событие личной жизни, почувствовав собственную важность и значимость. Не идеализируя войну, пройдя испытание ее кровью и грязью, "человек массы" воспринял эту бойню, стиравшую индивидуальные различия и индивидуальные страдания, как символ очищения и братства. В общественном сознании закрепилось иррациональное и даже мистическое ощущение естественности насилия. Культ силы, неразборчивость в средствах, спокойное отношение к массовым убийствам, жестокость воспринимались как проявления естественной человеческой сущности. Рождалось желание увидеть гибель всего фальшивого мира с его поддельной культурой и притворной моралью. Военные поражения добавили в эту гамму чувств крайнюю озлобленность, ощущение обманутости и предательства.

Термин "фашизм" имел итальянское происхождение (от слова "фашио", т.е. "пучок", символизировавшее единство, братство по оружию). Движения фашистского типа образовывались в странах Центральной Европы после первой мировой войны, пиренейских странах - в 30 гг. Их отличительными чертами был политический радикализм, воинственность, бунтарство, массовый характер, преобладание негативных, разрушительных целей и, в то же время, подчеркнутое стремление к внутреннему единению, боевому братству. Война породила и вождей фашизма. Это были новые лидеры, разительно отличавшиеся от элитарных буржуазных политиков. С ними в политику пришла особая страстность, агрессивность, ориентация на иррациональные порывы масс, новый политический язык - образный, яркий, остроумный.

Идейный арсенал фашизма строился на основе синтеза уже известных понятий и категорий. В их числе оказались солидаристские идеи, в том числе сословно-корпоративного устройства общества, анархо-синдикалистская "теория прямого политического действия", фелькишская концепция народа как единого социального организма в сочетании с жесткими формами национализма. Популярны были в фашистских кругах радикальный вариант социал-дарвинизма, антисемитские идеи. Особое место в идеологии фашизма занял принцип этатизма. Фашизм был ориентирован на создание государства, преодолевающего автономность гражданского общества и распространение централизованного контроля на все стороны человеческой жизни. В программе итальянской фашистской партии такое государство было названо тотальным. Но превращение государства в главенствующий общественный институт рассматривалось фашистами лишь как следствие тотальности народного духа, всепроницающей универсальности подлинно народного (фашистского) мировоззрения. Только народный солидаризм, безусловное главенство общих целей и ценностей, с точки зрения фашизма, и может обеспечить подлинную свободу каждого человека. Государство призвано пресечь всеобщую борьбу каждого против каждого, вызванную стремление к ложной индивидуалистической свободе, гарантировать свободу как стабильное положение каждого в едином народном организме. "Свобода должна быть неотъемлемым свойством реального человека, а не абстрактной марионетки, - писал Б. Муссолини, - Мы за единственную свободу - свободу государства и свободу индивида в государстве".

Важным компонентом фашистской идеологии стали традиционные ценности, в том числе идеалы добросовестного труда, социальной справедливости, семейных устоев, материнства. Причем, именно на этой основе происходило постепенное "остывание" тоталитарных режимов в тех фашистских странах, которым удалось пережить вторую мировую войну - Испании, Португалии. Пафос борьбы постепенно сменялся приоритетом солидарности и единства народа. Фигура борца - некогда центральная в идеологических клише - уступала место фигуре труженика. Росло значение религиозных ценностей. Причиной подобного "остывания" тоталитаризма, в т.ч. смягчения его идеологии, являлся выход общества из острого кризисного состояния, породившего некогда фашизм, решение психологических проблем ускоренной модернизации, постепенная адаптация к индустриальной модели развития. Открывался путь для синтеза постфашистского идеологического наследия с принципами социального этатизма, моделью "государства благосостояния".

Более специфический характер приобрела тоталитарная идеология в крупнейших странах ускоренной модернизации - Германии и России. Немецкий вариант фашистской идеологии получил название национал-социализма. В отличие итальянского, австрийского, испано-португалького фашизма, явно тяготевшего к солидаристским идеям римско-католической церкви, национал-социализм никогда не испытывал влияния католицизма. Наряду с обычными для фашистских движений идеями сословно-корпоративной системы, преобладающей роли государства в экономической жизни, однопартийной системы, национал-социализм обосновывал особый морально-этический и эстетический кодекс, культ силы, борьбы, крови как выражения подлинной здоровой человеческой сущности. Национал-социализм оказался тесно связан с оккультным мистицизмом, интегрировал языческие символы и ритуалы. Его идеи рассматривались как высшее знание мистического происхождения.

Что особенно важно, гитлеровская идеологическая машина ориентировалась не на освящение и укрепление уже созданной нацистами государственной системы (немецкого национал-социалистического государства), а на подчеркивание ее временного характера, ограниченности. Перед обществом ставилась высшая, великая цель - борьба за мировое господство, начало глобальной войны. Этой цели должны были подчиниться все усилия немцев в экономической, политической, социальной, внешнеполитической сферах. При этом будущая война рассматривалась Гитлером не как прагматичная экспансия в экономических и политических целях, а как тотальная война, горнило, в котором немецкая нация очистится от скверны и заслужит право быть высшей расой. Расовая иерархия, в которой арийцы занимали господствующее положение, должна была стать основой нового мирового порядка.

Ориентация национал-социализма на создание Третьего Рейха - тысячелетнего государства арийской расы - переносилось и на проблему личности. Главной задачей системы провозглашалось воспитание "новой личности" с собой социальной этикой и моралью, человека, жизнь которого всецело подчинялась бы великим принципам, служению высшей истине. Именно такое духовное строительство, а не сохранение тотального государства и должно было стать магистральной линией развития национал-социалистического "нового порядка". Это заставляло нацистов подчеркивать отличие своей идеологии от фашизма. Геббельс красноречиво утверждал: "Фашизм ничем не похож на национал-социализм. В то время, как последний идет к корням, вовнутрь, фашизм есть только поверхностное явление". Ему вторил Гиммлер: "Фашизм и национал-социализм - это два глубоко различных явления...Абсолютно не может быть сравнения между ними, как между духовными, идеологическими движениями".

3.5. Коммунистическая идеология

Если национал-социализм, в силу его родственности европейским доктринам "третьего пути", можно условно назвать тоталитарной идеологией правого толка, то в Росси в начале ХХ в. сложилась "левая тоталитарная идеология" - коммунизм, основанный на марксистско-ленинской теории. В отличие от нацизма, ленинизм основывался на материалистической философии и претендовал именно на роль целостной научной концепции. Его возникновение было связано с попыткой сохранить в условиях раскола международного рабочего движения в начале ХХ в. революционное крыло социал-демократии и препятствовать ревизии марксизма. Вместе с тем, ленинизм отразил многие специфические особенности российской политической культуры, а его торжество в 1917 г. было следствием тех же общественных процессов, которые привели к власти фашизм и нацизм.

Объединившись под знаменами революционной идеологии и пролетарского интернационализма, Ленин и его сторонники рассматривали капитализм как завершившую свое развитие и обреченную на близкий крах общественную систему. Но ,обвиняя социал-реформистов в оппортунизме и ревизионизме, они в свою очередь пересмотрели ряд важнейших постулатов классического марксизма. В отличие от Маркса, считавшего, что социалистическая революция должна произойти в наиболее развитых странах Запада как результат естественного развития общества, большевики полагали, что эпицентром революционного движения являются страны, в которых противоречия капитализма достигли наибольшей степени ("слабое звено" в цепи мирового капитализма). Начало революции определяется не готовностью страны к социалистическому типу развития, а остротой противоречий внутри существующего строя. Локомотивом же пролетарской революции должна стать "партия нового типа" - боевой, монолитный, спаянный железной дисциплиной отряд, способный превратить диктатуру пролетариата в реальную государственно-правовую форму, целенаправленно форсировать уже после прихода к власти процесс преобразований, обобществление производства, рационализацию массового сознания. Соответственно, социалистическая революция трактовалась прежде всего как решение вопроса о власти, а социалистическое строительство - как сфера целенаправленной государственной политики.

Мощный стимул для консолидации международное коммунистическое движение получило после Октябрьской революции 1917 г. в России. В 1919 г. был создан III Интернационал - Коммунистический (Коминтерн). Под его эгидой была закреплена большевистская трактовка принципа интернационализма: мировая пролетарская революция мыслилась как продолжение российской, а российская - как стержень мировой. Таким образом, ценность завоеваний российского пролетариата определялась их соответствием целям мировой революции, а сохранение Советской республики - оплота мирового социализма, рассматривалось как задача всех национальных отрядов мирового пролетариата. Образование Коминтерна стало началом большевизации всего революционного марксизма в Европе. Эта организация рассматривалась Лениным как "революционный инструмент создания планетарного государства трудящихся", который должен воспроизвести организационные принципы "партии нового типа". Все политические силы, отказывавшиеся копировать опыт большевизма, признавались враждебными.

Определенная корректировка целей коммунистического движения произошла в период политического господства И. Сталина. Идея мировой революции окончательно перешла в категорию декларативных принципов, лишенных реального политического содержания. Деятельность Коминтерна была подчинена интересам советской государственной политики. В отличие от первого поколения большевиков, Сталин рассматривал социалистическое строительство как длительный этап общественных преобразований, а коммунизм - в качестве отдаленной, стратегической цели. Если коммунизм предполагал уже неразрывное единство личности и общества, то основной задачей социализма считалось постепенное преодоление антагонизма между ними, преодоление отчуждения личности. Залогом решения этой задачи становилось уничтожение частной собственности и закрепление общенародной собственности, переход к новому типу государственности, основанной на народной, советской власти при политической монополии коммунистической партии, осуществление культурной революции с превращением марксистского научного мировоззрения в основу массового сознания.

Коммунизм не отказывался от ключевой цели, свойственной всем идеологиям "третьего пути" - достижения подлинной свободы личности. Но эта свобода не мыслилась вне свободы трудящегося класса, а в итоге - и свободы всего общества. Путь к свободе личности виделся в целенаправленном "наращивании" коллективистского начала в общественной и частной жизни. Тем самым, коммунизм приходил к самоотрицанию. Объявляя целью развития общества личность, он представлял человека лишь в качестве объекта воспитания, а целью реальной политики становилось укрепление коллективного начала (на практике - партийно-государственной системы).

Внутренние противоречия марксистской ленинской версии революционного марксизма предопределили возникновение внутренней оппозиции в рамках коммунистического движения. Среди наиболее видных "ревизионистов" коммунистической идеологии можно назвать А. Грамши, Г. Лукача, Р. Гароди, М. Джиласа, Э. Карделя. Они пытались вернуться к "подлинному марксизму", отвергнуть советскую трактовку социалистического строительства как вульгаризованную и упрощенную. Еще более жесткую позицию заняли сторонники " еврокоммунизма " - идейно-политического движения, возникшего в европейских коммунистических партиях в 70 гг. Его представители Э. Берлингуэр, А Лебль, С. Каррильо, М. Аскарате ратовали за плюрализацию марксистской традиции, учет современного состояния общества и приоритет национальных моделей перехода к социализму. Сам социализм рассматривался как более отдаленная перспектива, не требующая насильственной революции, установления диктатуры пролетариата, жесткого обобществления форм собственности и т.п. Еврокоммунизм в сущности пришел в своем развитии к той же политической логике, которую в начале столетия представляло бернштенианство.

Подобные работы:

Актуально: