Через Марьину рощу в Останкино

В. А. Резвин, архитектор

Один из районов на севере Москвы носит название Марьина роща. Он образован тремя параллельными улицами и пятнадцатью проездами, их пересекающими. До середины прошлого века вся эта территория была застроена одно- и двухэтажными домиками, большей частью деревянными. Реконструкция 1960-1970-х годов изменила район до неузнаваемости, сохранив, однако, его планировочную структуру.

В XVIII столетии здесь рос густой лес, в котором стояло село Останково - владение князя Я. К. Черкасского. Неподалеку располагалось принадлежавшее ему же другое село, которое в переписных книгах 1678 года значилось как «слобода Марьино, Бояркино тож». Единственная дочь князя и наследница его огромного состояния княжна В. Я. Черкасская вышла замуж за сына петровского фельдмаршала и первого русского графа Бориса Петровича Шереметева Петра Борисовича, принеся в приданое мужу все богатства рода Черкасских, в том числе и село Марьино.

В 1742 году близ Марьино прошел Камер-Коллежский вал, обозначивший таможенную границу Москвы. Часть леса вырубили, и между валом и деревней образовалась роща, получившая название Марьиной. Еще в конце XVII века тут было небольшое иноверческое кладбище (иноверцев в черте города не хоронили). В 1746 году к церкви святого Лазаря, стоявшей неподалеку, перевели «Убогий дом» с моргом и кладбищем для убитых на улице и неопознанных людей. Впоследствии кладбище стало называться Лазаревским.

После изгнания французов из Москвы в 1812 году деревья Марьиной рощи частично вырубили на строительство домов, однако вскоре она снова разрослась. В начале XIX века Марьина роща сделалась излюбленным местом народных гуляний, причем ее часто посещала и «благородная» публика. Известно, что 19 мая 1827 года здесь побывал Пушкин перед отъездом в Петербург. Несколько позже в Марьиной роще появились распивочные и трактиры с цыганами. После отмены крепостного права в 1861 году эти земли продолжали оставаться во владении Шереметевых.

Прокладка в 1851 году Петербургско-Московской железной дороги отрезала Марьину рощу от Останкина и включила ее в зону активного городского строительства. В 1880-м роща была окончательно вырублена «Шереметевским поземельным обществом», сдававшим здешние участки в аренду мелким застройщикам. Возводимое ими жилье не имело самых элементарных удобств. Освещение и мостовые на улицах отсутствовали, уборные были выгребные.

В конце XIX века в районе появляются промышленные предприятия, из которых крупнейшим явился чугунолитейный завод «Густав Лист». Сегодня через Марьину рощу проходит благоустроенная транспортная магистраль, связавшая центр города с Останкиным. По району курсируют автобусы и троллейбусы. В нем получил постоянную прописку театр «Сатирикон» имени А. И. Райкина, расположился большой современный торговый центр «Рамстор».

К сожалению, реконструкция Шереметьевской улицы в архитектурном отношении не пошла ей на пользу. Со сносом деревянной застройки улица потеряла свое лицо. Я много лет работал в институте технической эстетики и почти ежедневно ездил по Шереметьевской на ВДНХ. Улица исчезала буквально на глазах. По ее левой стороне стали появляться безликие блочные и панельные пятиэтажки. Спустя двадцать лет тут выросло несколько 16- и даже 20-этажных панельных домов, которые улицу не украсили. На протяжении жизни одного поколения перестал существовать колоритнейший старинный район Москвы.

Поездка по малоинтересной Шереметьевской заканчивается сюрпризом. Сначала вдали показывается телевизионная башня, а через несколько минут взгляду открывается рукотворный Останкинский пруд с корпусами телецентра, дворцом и церковью Живоначальной Троицы.

Смысловым и художественным ядром района, несомненно, является усадьба Останкино. Ее владелец и строитель, внук фельдмаршала Николай Петрович Шереметев, получил блестящее образование в Париже, был одаренным музыкантом - учеником знаменитого виолончелиста Изаи. Он воспитывался с отпрысками родовитых дворян, обучавшихся наукам вместе с наследником престола Павлом Петровичем, и таким образом стал другом детства будущего российского императора. Архитектурного образования Николай Петрович не имел и не мог объективно оценить своих возможностей в решении соответствующих вопросов. Исследователь Л. В. Тыдман писал: «Он заказывал проекты едва ли не всем известным архитекторам Москвы и Петербурга, а получив чертежи, вел себя подобно гоголевской Агафье Тихоновне: пытался соединить несоединимое руками своего крепостного Павла Аргунова». Это привело к тому, что Останкино постоянно перестраивалось. Вот список архитекторов, в той или иной степени принимавших участие в создании останкинского ансамбля: И. Старов, В. Бренна, Ф. Кампорези, Ф. Казие, К. Бланк, Е. Назаров, Д. Кваренги, а также крепостные зодчие А. Миронов, П. Аргунов, Г. Дикушин.

Строительство дворца-театра началось в 1792 году, а уже в июле 1795-го состоялось его торжественное открытие. Закладывали дворец зимой, в страшной спешке, поэтому вместо каменного фундамента деревянные стены поставили на врытые в землю столбы («стулья»). Только после пожара 1812 года попытались подвести каменный фундамент. Камень брали из сгоревших московских домов, а в качестве гидроизоляции использовали бересту.

Летом 1797 года находившийся в Москве Павел I решил Николая Петровича в его подмосковной. Принимая царствующую особу, Шереметев проявил себя как человек с фантазией и незаурядный режиссер. Он приказал по обе стороны просеки, где должен был ехать император, подпилить деревья. На верхушки набросили веревки, которые держали спрятавшиеся люди. Когда появилась императорская коляска, деревья стали падать перед ней в разные стороны. Эффект оказался потрясающий.

Останкино - гимн дереву. Здесь с особой силой проявились универсальные качества этого материала, столь любимого русским народом. Считалось, что жить в деревянных палатах полезнее, чем в каменных, и только европейское влияние и требования престижа заставили дворянство переселиться в каменные дворцы и особняки.

Строительство дворца и театра, как уже говорилось, надо было заканчивать срочно, к торжествам по случаю победы в русско-турецкой войне. Работы велись даже ночью, при свете факелов. Спешка стала одной из причин необычной конструкции деревянных стен дворца - из поставленных вертикально бревен. Указанная схема позволяла делать стены сразу на всю высоту помещения и тут же начинать отделку, тогда как традиционный деревянный сруб требовал годичной выдержки. Кроме того, в данном случае имелась возможность придавать помещениям криволинейную в плане конфигурацию, что было особенно важно для зрительного зала.

Средоточием ансамбля стал театр, возведенный в 1792 году по проекту Ф. Казие крепостными архитекторами Мироновым и Дикушиным. Затем проходными галереями театр соединили с Египетским и Итальянским павильонами, к которым под прямым углом подвели еще две галереи, завершившие формирование парадного двора.

Построенный в «классицистическом вкусе», дворец имеет симметричную композицию. Главный фасад выделен шестиколонным портиком и плоским куполом бельведера. Почти весь задний парковый фасад занимает гигантская лоджия.

Украшением интерьеров служит парадная анфилада второго этажа. В торце последней комнаты вставлено зеркало в размер дверного проема, благодаря чему длина анфилады зрительно удваивается. Практически все здесь деревянное: колонны, мебель, напольные светильники, роскошные двери и декор над ними. Великолепны паркеты, набранные из дуба, красного и черного дерева, груши. Их изготавливали крепостные мастера по рисункам, присланным Шереметевым. За два с лишним столетия паркеты так истерлись, что сегодня в некоторых местах толщина пленок не превышает трех миллиметров. Спасение уникальных паркетов - проблема неотложная. Стены дворца оштукатурены снаружи и затянуты шелковым штофом внутри, колонны отделаны искусственным мрамором, резные детали окрашены или позолочены. Главное помещение дворца - театр. Дерево - превосходный акустический материал. В центре зрительного зала на 250 гостей висит роскошная люстра. При помощи специального устройства ее поднимали к потолку перед началом спектакля. Невозможно поверить, что и этот роскошный светильник тоже сделан из позолоченного дерева.

В 1803 году, после смерти любимой жены, бывшей крепостной актрисы Прасковьи Ивановны Жемчуговой, Шереметев навсегда оставляет Останкино и переезжает в Петербург. Труппа распущена, дворец опустел. В 1812-м кавалеристы корпуса маршала Нея разграбили дворец и даже срезали шелковую обивку со стен парадной анфилады. Пожара не случилось лишь чудом. Сегодня архитекторы и инженеры института «Спецпроектреставрация» пытаются найти способы сохранить для потомков этот шедевр московского деревянного классицизма.

В комплекс останкинской усадьбы органично входит Троицкая церковь, стоящая слева от дворца, - выдающийся памятник конца XVII века, один из немногих храмов того времени, строитель которого известен. П. С. Потехин был крепостным князей Черкасских и главой артели - «подмастерьем каменных дел». Поражает изобилие самого разнообразного декора, с необыкновенным мастерством выполненного в кирпиче. Карнизы, наличники, фронтончики, колонки, балясины, ширинки сплошь покрывают фасады, практически не оставляя чистой поверхности. Стоит храм на белокаменном подклете, увенчан сочными луковичными завершениями на тонких шеях-барабанах. Они не декоративные, а световые, что в XVII столетии встречалось не часто. Когда-то крыльца и колокольня имели шатровое завершение. В первой половине XVIII века в ходе очередного ремонта и реконструкции, которые проводил Н. В. Султанов, шатры были утрачены.

Современное строительство в районе представлено новым жилым массивом на улице Королева и в первую очередь - комплексом телецентра и башни. Проект последней разработали инженер Н. Никитин, архитекторы Л. Баталов и Д. Бурдин. Конструкция телебашни - выдающееся достижение инженерной мысли. Николай Васильевич Никитин первым предложил коробчатые фундаменты для высотных сооружений. Прочность железобетонной «иглы» достигнута благодаря 150 напряженным стальным тросам диаметром 38 миллиметров, расположенным внутри ее ствола и создающим сжимающее усилие в 9500 тонн. Башня рассчитана на ураганную ветровую нагрузку - в этом случае отклонение вершины составляет на три метра. О трехэтажном ресторане «Седьмое небо», вознесенном на отметку 328 метров, написано много, и мы не станем здесь повторяться.

Останкинская телебашня стала вертикальной доминантой Москвы, видной за многие километры. Она отвлекла внимание от комплекса телецентра, авторы которого - архитекторы Д. Бурдин, Л. Баталов, В. Жаров, Я. Закарьян, Л. Соловьев, К. Шехоян - удостоились Государственной премии.

Сочетание современной архитектуры комплекса телецентра с храмом Живоначальной Троицы и дворцом Шереметева необычайно эффектно. Особенно хорошо воспринимается вертикаль телебашни со стороны паркового фасада дворца.

Список литературы


Подобные работы:

Актуально: