Системный анализ во внешней политике

В наши дни ни одна серьезная политологическая книга не обходится без употребления слов "системный подход", "системный анализ", независимо от того, действительно ли удалось построить систему для решения поставленной проблемы. Вместе с тем уже накоплены достаточный опыт и материал, чтобы вычленить определенные правила построения системы

Прежде всего объект исследования должен сам по себе представлять систему, тогда возможно и применение к этому объекту принципов системного анализа. "Исходным пунктом всякого исследования является представление о целостности изучаемой системы..." - автор уже в начале работы должен располагать единой моделью объекта исследования. Иначе в конце работы можно обнаружить, что "фрагментарные результаты", выполненные на различных ступенях программы, не могут быть согласованы и не дают целостной картины.

Представляется, что более конкретно принципы системного подхода можно рассмотреть на примере внешней политики США в отношении СССР. А заодно и проверить некоторые гипотезы. Если строить здание системы внешней политики, то ее первый "этаж" - средства: политические, экономические, военные, идеологические. Каждое из этих средств имеет свою структуру: теоретическое обоснование деятельности, материальное обеспечение, цели, в той или иной степени соответствующие общему замыслу. Второй "этаж" - теории, доктрины, цели внешней политики; третий - персоналии; четвертый - социально-политические теории. Это здание системы находится в среде - меняющемся мире. В отличие от естественных систем, которые функционируют вне времени, система внешней политики функционирует в определенном историческом пространстве, увязана с определенными людьми и идеями, которые они проводят в жизнь, делая политику.

Рабочее видение системы внешней политики в отношении СССР можно представить следующим образом.

Система внешней политики США - это целостная взаимосвязанная структура иерархических элементов, способная адаптироваться к окружающей среде или изменять ее в соответствии с заложенным в ней потенциалом. Элементы системы:

социально-политические теории, господствовавшие в США в тот или иной временной интервал, объяснявшие развитие Советского Союза;

"образ" - совокупность стереотипов мышления (клише) в сознании американского общества о Советском Союзе (его создании, политической системе, внутренней и внешней политике) - пропагандистский феномен, созданный политиками) идеологией, насаждаемый средствами массовой информации;

"советская угроза" (имидж, стереотип) - меняющаяся часть "образа" Советского Союза, использовалась политическими лидерами американского общества для оправдания соответствующей политики;

персоналии - политико-академический комплекс, участвующий в формулировании и проведении внешней политики США; цель - предвосхищение результата деятельности;

теории, доктрины внешней политики - составная часть политической идеологии, показывающая, каким образом использовать средства для достижения внешнеполитических целей;

средства (политические, экономические, военные, идеологические) - материальные и духовные ресурсы общества, используемые государством для достижения внешних целей; внешняя политика;

деятельность государства с использованим политических, экономических, военных, идеологических средств за достижение внешнеполитических целей;

борьба государства за создание благоприятных условий функционирования и развития социально-политической системы данного общества;

мотив деятельности системы - изменение среды, создание благоприятных условий для функционирования и развития внутренней системы.

Парадигма - обобщенное представление о системе и среде. Графически это выглядит так:

Среда - меняющийся мир, как поле деятельности США с использованием политических, экономических, военных и идеологических средств. Изменение политической карты мира меняло соотношение сил в политике, экономике, военной сфере, идеологии.

В природе, животном мире взаимодействие системы и среды однозначно. Для такой системы, как супердержава США, среда - это поле для активного влияния. Советский Союз так же активно воздействовал на окружающий мир. С 1917 г. развитие этого окружающего мира, по мнению части интеллектуальной общины, участвовавшей в формировании внешней политики США, было неблагоприятным с точки зрения американских интересов: сначала от капиталистического мира отпала одна шестая часть суши, затем Восточная и Юго-Восточная Европа, потом Китай и Юго-Восточная Азия, затем "розовой" становится значительная часть Африканского континента, потом Куба. Если этому не противодействовать, США останутся в своем государстве-крепости, а исходя из различных теорий процветание и демократия в США возможны только при условии расширения их влияния в окружающем мире.

Социально-политические теории

Исторический опыт, накопленный в США, обобщен в различных теориях и доктринах. Здесь необходимо остановиться на некоторых особенностях американского развития. Территория принадлежит переселенцам из Европы и Азии. Коренных жителей переселенцы или уничтожали, или загоняли в резервации. Аборигены так и не смогли приспособиться к индустриализму. Феодальных отношений, как в Европе, не было. Было рабство, отмененное в ходе Гражданской войны. Итогом геноцида индейцев и захвата территорий, принадлежавших соседям США, стала теория "подвижной границы". Европейские державы, имевшие колонии в этой части света, были заняты войнами, а индейские племена не оказывали серьезного сопротивления. США получили плодороднейшие земли, богатые минеральными ресурсами, что служило толчком к развитию сельского хозяйства, а затем и промышленности. Другой теорией, которая подпитывала внешнюю политику США, была идея "предопределения судьбы" или "явного предначертания". Официально признанная в середине XIX века, она "оказывала влияние на умы государственных деятелей Северной Америки".

Американский историк С-Бемис утверждал: "Предопределение судьбы представляет широко и глубоко распространенное среди америанцев убеждение, что явным предначертанием республики было распространение ею на всем континенте Северной Америки посредством мирного процесса и путем силы республиканского примера и принципов правления". Дж.Куинси Адаме считал американский экспансионизм таким же проявлением закона природы, как то, что Миссисипи течет к морю, и "абсурдом с физической, политической и моральной точек зрения существование в Северной Америке территорий, не принадлежащих США"

И либеральная, и консервативная части американского общества считали, что условием сохранения политической системы и избавлением от кризисов , может служить активная внешняя политика. Эти бродившие идеи и настроения связал с потребностями дня историк Ф.Тернер, который предложил наиболее приемлемую концепцию в начале XX в., где тезис об американской "подвижной границе" связывался с возможностью избежать экономических кризисов. Средства для осуществления этой концепции американские политики в послевоенное время нашли в доктринах "открытых дверей", "сдерживания" коммунизма и т.п.

После второй мировой войны в американской общественно-политической мысли развилось несколько направлений исследования, которые образовались на стыке нескольких дисциплин. Наиболее быстро развивающимся междисциплинарным направлением была советология. Многоплановость исследований определялась самим объектом внимания - Советским Союзом, потребовавшим усилий политологов, социологов, экономистов, военных и представителей других отраслей знания.

Интерес к исследованиям, связанным с Советским Союзом, побуждался не только информационным голодом, но и вполне определенными намерениями правительства США, которое в послевоенные годы находилось в процессе поиска действенной политики, основной целью которой было сокрушение Советского Союза. Видимо поэтому исследования политической социологии, а советологии в особенности, были направлены не столько на выяснение объективных сторон феномена, сколько на поиски уязвимых мест противника для нанесения ему поражения.

Политические теории воспринимают и отражают социальный заказ, но не непосредственно от власть имущих, а через сложный механизм привлечения их носителей к выработке политического курса, удовлетворения материальных интересов, участия во власти и т.п. Здесь, как нам кажется, есть мост между социально-политическими теориями и концепциями внешней политики, которые и определяют характер использования средств внешней политики для достижения сформулированных целей людьми у вершины пирамиды власти.

По периодам доминирование социально-политических теорий вполне определено: тоталитаризм - в первом (1947 г. - начало 60-х годов), индустриализм

- во втором (с начала 60-х до второй половины 70-х) и в третьем - возвращение к первому (с конца 70-х до начала 90-х годов).

Образ, имидж, стереотипы во внешней политике

В понятие "образ" входит совокупность черт, характеристик, объективно определяющих его, тогда как в понятие "имидж" наряду с объективными характеристиками могут входить и те, которые, мягко говоря, домысливаются, приписываются объекту. Имидж - это такое отображение воспринимаемого явления, "при котором ракурс восприятия умышленно смещается, умышленно акцентируется восприятие определенных сторон явления"; кроме того, между самим явлением и имиджем существует "разрыв в достоверности" Стереотип - это упрощенное, заранее принятое представление, характерное для сферы обыденного сознания. Как правило, стереотип формируется наслоениями от воздействия пропаганды, чаще не проверяется собственным опытом и несет яркую эмоциональную окраску. Стереотипы нередко определяют поведение и принятие решений политического лидера в условиях недостаточной информативности, отсутствия времени для прояснения ситуации и т.д.

"Советская угроза" - один из стереотипов американского образа жизни, как небоскреб, гангстер, Ку-клукс-клан или что-либо другое. Известный философ и психолог Э.Фромм отметил эту особенность сознания населения США: "Большинство американцев считает само собой разумеющимся ряд штампов, вроде того, будто русские желают покорить мир во имя революционного коммунизма".

Психологическую предрасположенность американского общества к боязни социальных сдвигов подметил Дж.Гэлбрейт. "Среди людей, страх которых перед их богом уместно подкреплялся опасениями за судьбу их имущества, - писал он, - легко было распространять страшную боязнь по поводу безбожного коммунизма. Эта боязнь приобрела параноидальный характер". Тема "советской угрозы" принимала наиболее зловещий характер перед обсуждением бюджета Пентагона на Капитолийском холме" , отметил один из американских авторов.

Персоналии

Политические лидеры, идеологи - теоретики и практики внешней политики - все они порождение своего общества, определенных политических сил и социальных условий.

В институте президентства США нашли удобную форму соединения функций исполнительной и законодательной власти при сохранении основополагающего принципа буржуазной политической системы - разделения властей: роль президента в формулировании и проведении политики, внешней - в частности, отметил Д-Шлезинджер-мл.: "По вопросам войны и мира американский президент к началу 70-х годов стал абсолютным монархом". То же утверждает известный американский обозреватель Дж.Крафт; "Президент является избранным монархом страны, нашим вариантом короля". Как говорят американцы, президент США носит пять "шляп": глава государства, главный дипломат, главнокомандующий вооруженными силами, главный законодатель и глава исполнительной власти. Президент представляет свою страну на международной арене) определяет внутреннюю политику и осуществляет непосредственное руководство внешней политикой. Полномочия президента определены Конституцией США и в последующих законодательных актах.

Президент США действует не в вакууме, его окружают специальные помощники, министры, члены кабинета. Часто помощники и министры - это люди более сведущие во внешней политике, чем президент. На него воздействуют правительственные организации - Совет национальной безопасности, ЦРУ, министерство обороны. Господствующий класс США располагает широкой сетью влиятельных организаций, построенных как по отраслевому, так и по территориальным признакам.

Заметную роль играют при Белом доме и так называемые серые кардиналы Ц С давних пор официальный Вашингтон развлекается игрой под названием "Кто тигр?". Тигром аборигены местной бюрократии называют главу государственного департамента США. Во времена президента Ф.Рузвельта ответом, претендующим с большей вероятностью на правильность, назывались имена Гарри Гопкинса или Самнера Уэллеса, но редко кому в голову приходило назвать "тигром" бывшего тогда государственным секретарем Корделла Хэлла. Влияние Дж-Ф.Даллеса в администрации президента Эйзенхауэра ни у кого не вызывало сомнений, и игра на некоторое время потеряла свою привлекательность. Когда федеральную администрацию возглавил Дж.Кеннеди.

После прихода к власти Л.Джонсона "тигром" чаще других называли Роберта Макнамару или Уолта Ростоу. В начальный период президентства Р.Никсона игра приобрела неожиданную остроту, поскольку аппарат Белого дома узурпировал значительную часть власти у федеральных исполнительных органов. "Тигром" в это время чаще называли помощника президента по национальной безопасности Генри Киссинджера, а не хозяина "Туманного дна" Уильяма Роджерса.

С.Сульцбергер, знавший политическую кухню не только вашингтонского двора, писал' "Множество определений применяется по отношению к группам различных особей. Среди них - павлиний гонор, львиная гордость, обезьянья хитрость. Размышляя над современным феноменом Киссинджера, существующим не только в Соединенных Штатах, но и в других странах, наиболее уместное слово, применимое к данным особям, - это хитрость; не потому, что они как-то смахивают на обезьян, а потому, что им приходится проявлять необычайное хитроумие".

Киссинджер, давший свое имя целому классу "особей", не первый в американской истории. Полковник Э.Хаус при президенте Вильсоне, уже упоминавшийся Г.Гопкинс при Рузвельте, М.Банди при Кеннеди, У.Ростоу при Джонсоне, З.Бжеэинский при Картере. Есть аналоги и в других странах: Эгон Бар, - эквивалент Г-Киссинджера при Вилли Брандте, Голда Меир имела своего "Генри" - генерала А.Ярива (бывшего начальника израильской службы разведки), при Помпиду пользовался огромным влиянием Мишель Жобер, хотя общественность лишь в редких случаях знала о нем.

Послевоенный период американской политической жизни отмечен усиленным привлечением на вашингтонский Олимп университетской профессуры. Объяснение этому явлению нужно искать в факторах не только внутреннего, но и внешнего порядка.

Цели и средства внешней политики

Формирование социально-политической теории прошло в борьбе буржуазной и религиозной идеологий, где наряду с общими вопросами уточнялся и формировался понятийный аппарат общественной науки.

Отстоявшиеся понятия получали новое содержание. Одним из таких понятий, бывшим в прошлом "собственностью религиозной идеологии", и было понятие цели, целесообразной деятельности человека.

Для предварительного положения определим цель как "предвосхищение результатов деятельности".

Отношение американских теоретиков к сходным сюжетам не менее серьезно. "Долгосрочная цель, - писал З.Бжезинский, - выполняет роль маяка. Она помогает определению не только желаемого результата, она освещает и наилучший путь к решению задачи"

Считается, что внешняя политика крупного государства имеет четыре измерения дипломатическое (политическое), военное, экономическое, идеологическое.

Использование того или иного средства против другого государства без единого замысла, определяющего цель, не дает ожидаемого результата. Поэтому "разработка и формулирование необходимой концепции - первый этап в поисках более действенной политики", - утверждал Бжезинский.

В послевоенное время администрациями США использование отдельных средств или их совокупности против Советского Союза определялось внешнеполитическими доктринами и теориями, которые черпали свой исходный материал в социально-политической мысли.

Политические средства. Дипломатическая деятельность - такой же древний вид деятельности, как войны и торговля. Как средство межгосударственного общения, она получила развитие в античных городах-полисах, Римской республике и империи. Во времена средневековой раздробленности этот вид деятельности был заменен грызней феодалов, напоминавшей бандитские разборки. Постепенно политическая деятельность в межгосударственных отношениях возрождается в период становления абсолютистских монархий и империй. В этот период дипломатия носит сугубо кабинетный характер, доступный обозрению очень ограниченного круга лиц.

Существующий традиционный вид дипломатии дополняется секретной дипломатией. Нет, это не "секретные миссии" нелегалов. Они приезжают и убывают открыто, но их деятельность - не для широкой публики. Примером может служить дипломатия бывшего канцлера кайзеровской Германии фон Бюлова в Италии в годы первой мировой войны, когда центральные державы желали получить в свои ряды Италию, но там же работали с тайными миссиями дипломаты стран Антанты. В предвоенные годы Англия и Франция, с одной стороны, Германия - с другой, вели тайную дипломатию против СССР, что делал и Советский Союз в отношении Англии и Франции, договариваясь с Германией. В годы второй мировой войны бывший канцлер Германии фон Па-пен выполнял аналогичную миссию в Турции. Германский посол в Японии в те же годы пытался подтолкнуть Японию к нападению на СССР.

Что-то среднее между тайной дипломатией и традиционной можно было усмотреть в деятельности, например, Эгона Бара, когда он обсуждал с А.А.Громыко с глазу на глаз новые подходы ФРГ в отношении СССР, то, что потом было названо "новой восточной политикой" Вилли Брандта. Или челночная дипломатия Генри Киссинджера, когда США в период президентства Никсона пытались разыграть "китайскую карту" против СССР. Подобная дипломатия возникает тогда, когда есть проблемы в межгосудар-ственных отношениях и новые способы их решения, но нет уверенности, что оппонент готов к диалогу традиционным способом.

Военные средства. На пушках прусского монарха была выбита фраза: "Последний довод короля" ("Ultima Ratio"). В человеческой истории этот довод часто становился не только последним, но и единственным доводом в отношениях между государствами. История США имеет достаточно тому примеров. По силе занималось "место под солнцем", потерявший силу терял и это место. Менялось понимание силы. Когда-то это были территория и численность населения, потом территория имела смысл только в сочетании с сырьем и рынком сбыта продукции или с дешевой рабочей силой, приобретали все большее значение пути - и сухопутные, и морские. Если бы английский парламент продолжал следовать традициям, то мешки с шерстью, на которых сидят высокочтимые члены палаты общин, пришлось бы заменить упаковками с радиоактивными металлами, а затем и компьютерами, определяющими силу стран современного мира. Во второй половине 1944 г. американский Комитет начальников штабов нарисовал следующую картину) которая, по его мнению, сложится в послевоенном мире. "После разгрома Японии только США и СССР останутся ведущими военными державами, что объяс-няется сочетанием географического положения и огромным военным потенциалом. Хотя США могут перебросить свои военные силы во многие районы мира, тем не менее очевидно, что сила и географическое положение этих двух держав исключают возможность военого поражения одной из них от другой, даже если к одной из сторон присоединится Британская империя". То есть после разгрома держав оси и ослабления Англии и Франции капитализм лишился военно-стратегического превосходства, на что недвусмысленно указывали военные, подчеркивая бесперспективность решения политических проблем военными средствами. Однако по мере развития наукоемких технологий военная сила занимала все большее местов политике США.

Экономические средства.. Роль экономических средств во внешней политике страны зависит от многих обстоятельств. В условиях традиционного общества - натурального хозяйства - государство самообеспечено, если только оно не обнесено крепостными стенами, когда его жизнедеятельность может обусловливаться действиями враждебной армии. С развитием производства, разделением труда, расширением обмена эта зависимость от внешних- рынков росла, но не была столь важной в условиях индустриального общества, когда складываются основы международного рынка.

Первой попыткой принудить страну к капитуляции экономическими средствами была континентальная блокада, предпринятая Наполеоном Бонапартом в период могущества его империи. Тогда к этой блокаде присоединилась и Россия. Английские предприниматели терпели убытки, и промышленность страны находилась в критическом состоянии, поскольку основным покупателем английских товаров являлся Европейский континент. Но значительный ущерб был нанесен и самой Европе, ее промышленности, особенно французской, поскольку, несмотря на подобный протекционизм, она не смогла производить товары, даже близкие по качеству английским. Первая мировая война позволила Антанте опробовать блокаду на Германии. Во второй мировой войне уже Германия своим подводным флотом могла привести Англию к экономической катастрофе.

Сырье, энергоносители, пути сообщения ценятся, как и прежде, но доминирующую роль играют наукоемкие производства, использующие автоматику и робототехнику не столько как способ облегчения человеческого труда и повышения его производительности, сколько как насущную потребность технологического процесса, где человеческие способности и навыки не могут соперничать с машиной.

Ограничить доступ той или иной страны на международный рынок, к современным технологиям и системам организации производства - прямой способ поставить ее в невыгодное положение, способствовать ее отставанию или тратить ресурсы на изобретение того, что уже есть. В первый послевоенный период США решали, по существу, количественную задачу - замедлить темп восстановления народного хозяйства в СССР и его последующее развитие. Во втором периоде США старались не допустить приобретения Советским Союзом новейших технологий, введя дискриминационные списки так называемых стратегических товаров, координируя свою деятельность со странами НАТО и Японией.

Оценки сил государства на рубеже XX и XXI вв. смещаются в сферу информатики, технологии и, как нам представляется, значение технологии в отношениях между государствами будет возрастать.

Идеологические средства. Жизнь современных обществ немыслима без средств массовой информации: прессы, радио, телевидения. Информационный взрыв создал ситуацию, когда получение информации стало для многих людей постоянной потребностью, а стало быть, они являются объектом не только информации, но и пропаганды. Как шутил когда-то Бертольд Брехт, "сегодня сам господь Бог ориентируется в мировых делах по газетам".

Для борьбы с идеями Реформации Ватикана 1622 г. создал Конгрегацию распространения веры - организацию, призванную удержать веру, сохранить единое мировоззрение. С тех пор многое изменилось.

Теперь воздействие на сознание людей осуществляется косвенно: спекуляцией на интересе, соучастии, ответственности, реже - на страхе или-сходных с ним эмоциях, поскольку прямые способы давления теперь редко дают желаемый результат, а если что-то получается, то ненадолго. Окопы человеческого менталитета сопротивляются фронтальной атаке, но открыты для обходного маневра. Обходной маневр - это эмоции. Если логическому воздействию можно противопоставить свою логику, опыт и т.д., то чувства, эмоции чаще беззащитны.

Парадигма внешней политики США

Американский историк физической науки Т.Кун под парадигмой подразумевал "признанные всеми научные достижения, дающие в течение определенного времени научному сообществу модель постановки проблем и их решения"

Для данного случая парадигма - это среда в определенный временной интервал - цикл и соответственная система внешней политики. Довоенный период внешней политики США в отношении Советской России и СССР распадается на два цикла-волны: консервативный, от 1917-1918 гг. до 1933 г., и либеральный, с 1933 по 1947 г. В послевоенных отношениях США и СССР также имелась цикличность. Первый цикл: 1947 г. - начало 60-х годов; второй: с начала 60-х до второй половины 70-х; третий: с конца 70-х до 90-х годов. Если условно назвать одни периоды позитивно-либеральными, а другие консервативными, то рассмотренные во времени колебания внешней политики напоминают движения маятника. Естественно, зигзаги внешней политики -это не колебания физического маятника, и ее крайние точки не равноудаляются от центра. Как консервативный, так и позитивно-либеральный спектр внешней политики США имеет свои особенности. Первый характеризуется отсутствием политической активности, прекращением политических отношений, военным противоборством (1917-1918 гг.) или подготовкой к войне, гонкой вооружений; внешняя пропаганда носит подстрекательски-агрессивный характер, переходя в психологическую войну. Второй - это поиски взаимоприемлемых решений возникших проблем, демонстрация активности в экономической сфере, попытки ограничить или сдержать гонку вооружений, умеренная пропаганда "американского образа жизни". Во внешней политике США эти две крайности проявились особенно отчетливо.

Тенденция определяется не сразу. Новое направление в политике преодолевает старую инерцию. Часто новое соседствует с агонизирующим старым' победа союзников и проба сил Трумэна; вторжение на Кубу и становление новой политики Кеннеди; подписание Договора ОСВ-2 Картером и свертывание советско-американских отношений; "империя зла" по Рейгану и неожиданный прорыв. "Волны" во внешней политике США более приемлемы, поскольку в своей основе позитивно-либеральные и реакционно-консервативные идеи, теории, концепции в том или ином виде уже есть, и на поверхность, в практику попадает та или иная совокупность, определяющая характер внешней политики, ее окраску, но развернутая во времени, то возникая, то скрываясь, уступая место другой волне идей и людей, она создает образ бегущей волны. Вместе с тем имеются и временные границы каждой волны, есть повторяемость, т.е. циклы. Более подробное описание этих сюжетов можно найти в монографии автора данной статьи.

С.А. Чернов. Системный анализ во внешней политике.

Подобные работы:

Актуально: